моим взглядом. — Вот там жизнь. А у нас — детский сад для взрослых. — Дай хоть до утра дожить, — смеюсь я, хотя внутри уже начинает шевелиться то самое предвкушение, знакомое с институтских времён, когда мы с Настей срывались куда-то вдвоём, не спрашивая ни у кого разрешения. Ночью, лёжа в свежих гостиничных простынях, слушая, как за окном тихо шумит море, я думаю о том, что впереди у меня десять дней между пляжем и бассейном. Я улыбаюсь в темноту, вспоминая горький, потерянный год, который наконец-то остался где-то там, за три тысячи километров отсюда. И мысленно даю себе клятву: следующие десять дней я проживу так, будто ничего плохого никогда со мной не случалось. Я засыпаю с телефоном в руке, так и не написав ни одного сообщения маме. Просто разглядываю фотографии, которые успела сделать за день: закат, бугенвиллию, собственное отражение в витрине бутика. На этих фотографиях я смеюсь так, как я не смеялась, кажется, весь этот проклятый год. Последняя мысль, что приходит мне в голову перед сном, до нелепости проста: пусть эти десять дней будут простыми, солнечными, без единого повода для тревоги. Море за окном шумит ровно, убаюкивающе. Я улыбаюсь в темноту, не подозревая, что уже завтра вечером эта простота начнёт трескаться по швам. Глава 2 Ева Первое утро тура начинается с того, что нас будят в семь тридцать бодрым голосом гида Марко из динамика в коридоре — «Буонджорно, дорогие гости, завтрак через полчаса, автобус на Таормину отправляется ровно в девять!». Я накрываю голову подушкой, впервые за это утро всерьёз задумываясь о том, что Настя была права. — Это что, было объявление по громкой связи? — Настя приподнимается на локте, щурясь на меня заспанными глазами. — Ева. Мы на отдыхе или в пионерлагере? Я утыкаюсь лицом в подушку, вдыхая крахмальный запах свежего гостиничного белья. На мгновение я позволяю себе помечтать о том, как было бы прекрасно, если бы этот отпуск состоял из одних только медленных, ленивых дней без единого будильника. — Организованный тур подразумевает организацию, — упрямо бормочу я, хотя голос у меня звучит куда менее уверенно, чем вчера вечером. Завтрак проходит в общем зале, где вся наша тургруппа рассаживается за тем же длинным столом. Я успеваю познакомиться с супругами Ивановыми — они тут уже седьмой раз, влюблены в Сицилию до одержимости и с удовольствием рассказывают нам про каждую церковь, которую мы увидим сегодня. Также рядом с нами садиться женщина по имени Галина Петровна, которая за завтраком трижды напоминает всем,