— Детка, ты красавица, ты же знаешь это…
Сглотнув, она ответила:
— Не знаю, только ты мне это говоришь.
— Все правильно, только я, и никто больше тебе не посмеет такое сказать.
— А я и не хочу, чтобы кроме тебя мне кто-то комплименты говорил.
— Хорошо, Вика, раз с этим мы разобрались.
Тяну немного за торчащий сосок, прокручивая между пальцев, говорю:
— Покажи мне, Вика, как ты ласкала себя до нашей с тобой встречи?
Она распахивает широко свои глаза и выходит из состояния легкого блаженства.
— Руслан! Не надо… это неправильно, ненормально, понимаешь.
— Это правильно и нормально, когда ты это делаешь со своим мужчиной, поэтому закрой ротик, ножки шире и так, чтобы я все видел и слышал. Поняла, детка?
— Поняла, — немного скованно ответила она.
— Умница. Давай обведи свои пухленькие губки средним пальчиком и смочи в дырочке.
— Руслан!
— Тш-ш. Давай, продолжай, да, вот так… засунь его весь, а теперь высунь. Черт, какой мокрый пальчик. Теперь обведи им клитор, угу… хорошо, а теперь сама.
Запрокинув голову и закатив свои глазки, стала массировать свой клитор проворным пальчиком. Кусая губы, пытаясь сдержать свои эмоции, только начала ускоряться, я остановил ее:
— Все, Вика, хватит.
Открыла затуманенный взгляд:
— Руслан?
— Что, девочка? Чтобы кончить, надо заслужить, а ты себя плохо ведешь. Убери пальцы от своей малышки.
Поджав губы, она убрала пальцы, перехватив ее руку, поднес к своему губам и облизал их, всасывая в рот. Выпустив изо рта, сказал:
— Сладкая детка.
Повалил ее навзничь, дернул на себя, ухватил за лодыжки, разводя их в стороны, склонился и стал вылизывать ее промежность, лаская языком не только клитор, но и ее текущую дырочку.
— А-а-а! А-а-а!
— Какая ты сладкая, маленькая моя.
И снова стал вылизывать ее дырочку, взяв губами клитор, посасывая его.
— А-а-а! А-а-а!
Вика стонет, не выдерживая моего натиска. Становится труднее себя сдерживать, особенно, когда она так стонет.
— Руслан… Руслан… а-а-ах! Я сейчас…
Оторвавшись от ее сладкой дырочки, посмотрел на взгляд Вики, разочарованный оттого, что я остановился, сказал:
— Детка, я не позволю тебе кончить до тех пор, пока не попросишь меня разрешить тебе кончить и не признаешься себе, что наказание может быть чувствительным, не обязательно прибегать к физическим воздействиям.
Покусывая свои и без того искусанные губы, встав на коленки, она прильнула ко мне и обняла за шею:
— Знаешь, Руслан, я часто бываю неправа, и этот раз не исключение, не знаю, просто не могу себя контролировать, это как вспышка происходит, проходит некоторое время, я осознаю, что была неправа, — чуть сдвинувшись, положив свои ладони на мои колючие скулы, говорит. — Я никогда не забуду, как ты ворвался в мою жизнь, но без тебя я уже не могу жить, возможно, ребенок еще больше привязал меня к тебе, — эмоционально сказала она мне, глядя в глаза.