— Как… технологии? — Зилар силился осознать. — У вас есть технологии?

— Конечно, есть, — усмехнулся Влад. — Не такие, как у вас, но тоже кое-чего стоим. И нейросети свои имеются. И в космос летаем, правда, пока не слишком далеко. И вычислители вполне приличные.

На пятый день Зилар впервые решился выйти на улицу. Холодный воздух обжёг лицо, но уже не пробирал до костей. Солнце — настоящее, не проекция на экране — резануло по глазам. Снег хрустел под ногами, словно рассыпался серебром. Алдан кружил рядом, то и дело тыкаясь мордой в бок, будто спрашивал: «Всё ли в порядке?».

Вечером, когда за окном неистово завыла метель, Зилар набрался смелости и спросил:

— Почему вы мне помогаете? Вы же понимаете, кто я. Я — чужак.

Влад помешал угли в камине кочергой, потом пожал плечами.

— Ну не бросать же тебя там в снегу. Еще пара часов и ты бы замерз насмерть. Кстати, ты сможешь показать твою систему?

— Наверное… А карта у вас есть?

— Есть укрупненное изображение нашей галактики, — и он активировал головизор. Он показал пораженному Зилару место, где находится их звезда, после чего Зилар с трудом, но все же нашел свою планетную систему. Нейросеть не работала и поэтому пришлось отчаянно напрягать извилины.

— Мда… Туда мы точно не доберёмся. Слишком уж далеко, а строить гиперпространственные туннели мы пока не умеем, — заключил Влад. — Завтра попробую тебя просканировать и посмотреть, что там с твоей нейросетью. Самому интересно.

На следующий день Влад повел его в святая святых — здание лаборатории, где Зилар моментально ощутил атмосферу высокой науки и убедился, что здесь трудятся отнюдь не простаки. Влад уложил Зилара в утробу капсулы-сканера, предварительно взяв пробы жидкостей для детального анализа. Два долгих часа он провел в заточении, после чего Влад отправил его в душ смыть остатки скользкого геля. Выйдя, Зилар оказался в просторной комнате, где Влад, откинувшись на вращающемся кресле, вглядывался в мерцающие экраны двух огромных мониторов. Он обернулся к гостю.

— Ну вот, запустил расчеты. Теперь пару часов придется ждать, пока эта железяка все пережует.

— Почему «железяка»?

— Потому что она — машина. Она не мыслит, а лишь оперирует данными, компилирует информацию из доступных ей баз.

— У нас есть ИИ, способные к мышлению. Я не глубокий знаток, но наши ученые продвинулись далеко, и ИскИны сами находят решения.

— Ерунда все это. Машина не может мыслить по определению. Принцип ее работы кардинально отличается от человеческого мозга. Мы эту тему вдоль и поперек исследовали, а потом махнули рукой. Тупик это. — Влад пренебрежительно взмахнул рукой.