Я вскрыл конверт. Сообщение было очень коротким.

«Получил известие о смерти Антона. Ждите моего возвращения из Нововаршавска, Александр. Мало не покажется».

И подпись с вензелями: Р. В.

Рудольф Вадимович, значит. Патриарх Замойских.

И ведь, главное, с уважением, на «вы».

Я решил не тревожить домочадцев за ужином новой информацией, и лёг спать, отвергнув все расспросы.

Но утром меня уже все поджидали в гостиной.

— Кто? — первой спросила тëтушка Марго и указала на запад, в сторону Замойских. — Эти?

— Рудольф Вадимович, — кивнул я. — Вероятно, недоволен смертью племянничка.

— А мы-то думали, что всë обойдëтся, — усмехнулась Ангелина.

— Тëтушка, что вам про него известно?

— Мало мы с ним знакомы. Живëт в апартаментах в центре. Есть своя гвардия, которую мы основательно проредили у завода. А в долине и в Номоконовске он почти не появлялся никогда. Тут его братец покойный, Аркадий Вадимович орудовал. Пока не спился и не сгулялся.

— Антон, получается, весь в отца был, — хмыкнул Рустам. — Помню, как на корабле квасил.

— Значит, скоро будет ещё одна битва, — кивнул я. — Или не скоро. А нормальных бойцов, получается, нет.

— Я прикидывал, — сказал Рустам. — У нас с вновь прибывшыми примерно сто-сто пятьдесят человек. И шесть алхимиков, считая четверых почти нулевых, одного бакалавра и одну…

— Гроссмейстершу, — продолжила Ангелина. — Света — самый сильный алхимик, которого я видела.

— И Нанотолий. Тоже сильный.

— У Замойского алхимиков точно больше, — предположила тётушка. — Как минимум, они смогут нанять десяток в Нововаршавске.

— Мы тоже сможем, — предположил я. — Если потребуется. Но — потом. Господа, давайте поговорим о более приятных вещах. Война-войной, а обед по расписанию. У нас через пять дней уже новый год. Вы все готовы к балу? Это очень важное мероприятие! Вы все приглашены. А также Штирц, Стёпка и Вака Два Пера.

— Я не поеду, — сразу сказала тётушка Марго. — Кто-то должен остаться приглядывать за Кристобалем. И Фламберг сторожить.

Я с пониманием кивнул.

— Все подарки приготовили? Возможно, нужна дополнительная премия?

— Приготовили, а как же, — хмыкнула Ангелина. — Дополнительный урожай винограда созрел. А тридцать первого числа — снова полнолуние. Поработаю для вас давилкой. А дополнительную премию засуньте себе, Дионисов… Мне вот даже некогда платье себе купить бальное съездить! Я с двадцати лет на балах не была! Как из школы благородных девиц выпустилась.

— В двадцать лет? — хмыкнул я. — Ты у нас мастер по внезапным раскрытием фактов о себе.

— Я третьегодница. В коррекционном классе училась.