— Ох ты… — вырвалось у Генсека. Эта реплика была понятна немцам без всякого перевода.

Брежнев подошел к автомобилю, ласково, почти интимно провел ладонью по полированному крылу. Металл под пальцами был живым и теплым от майского солнца. Он жадно заглянул в салон — оттуда пахнуло дорогой кожей и тем неуловимым, пьянящим ароматом «абсолютно новой машины», который сводит с ума любого заядлого водителя.

— Господин Генеральный секретарь, — отставший на шаг Брандт мягко улыбнулся. Его голос, низкий и хрипловатый, выражал крайнюю степень удовлетворенности. — Мы с вами уже много сделали и нам предстоит еще больше. Но мне бы хотелось, чтобы у вас осталось по-настоящему осязаемое впечатление о Германии. Мы в Бонне прекрасно знаем вашу страсть. И от имени правительства Федеративной Республики я рад преподнести вам этот подарок — скромное воплощение лучших достижений немецких инженеров.

— Какая красота!.. — окончательно наплевав на протокол, восхищенно выдохнул Генсек.

— Машина ручной сборки, Леонид, — заметил Брандт, подходя ближе и протягивая на ладони тяжелый хромированный ключ с эмблемой «Мерседеса». — Специально для тебя. Лучшее, что способен дать мировой автопром. И сделано это здесь, в Германии. От всей души!

— Надо проверить, как эта ласточка бегает! — неожиданно выпалил Брежнев, с силой дернув за хромированную ручку. Дверь послушно и мягко распахнулась. — Проверим немецкую мощь в деле! Ты не против, Вилли?

Начальник охраны Брежнева Александр Рябенко, стоявший позади, почувствовал, как у него внутри все похолодело. Этот взгляд шефа он знал слишком хорошо. Стоило Леониду Ильичу дорваться до руля, как он напрочь забывал, что является главой ядерной сверхдержавы и вершителем мировой политики. В эти минуты в нем просыпался азартный, неудержимый гонщик — спортсмен, признававший одну скорость — максимальную. «Только не сейчас, Леонид Ильич, только не здесь!» — подумал Рябенко, беспомощно оглядываясь по сторонам. Желающих встать на пути у советского Генсека среди присутствующих не нашлось.

— Леонид Ильич, — тихо, одними губами произнес Рябенко, делая шаг вперед. — Может, не надо? Трасса не проверена. Охрана не развернута. Давайте наши ребята перегонят на базу… А там уже… Дома…

Немецкие офицеры безопасности смотрели на происходящее, не веря собственным глазам. Несмотря на долгие годы безупречной службы, у них просто не хватало воображения, чтобы представить то, что произойдет с минуты на минуту.

— Отставить, Саша! — слегка в нос пробасил Брежнев, уже устраиваясь на низком водительском сиденье. — Я сам. Когда это я чужим шоферам свою ласточку доверял? Давай, Вилли, садись рядом! Прокачу с ветерком на этой красавице! — Леонид Ильич ласково постучал ладонью по роскошно отделанному рулевому колесу.