— Смогу. — Кивнул заряжающий, не отвлекаясь при этом от процесса замены опустевшего основного короба с патронами. Пока стрельба велась за счёт второго, но запас по времени карман не тянет. Мало ли, придётся резко начать поливать наступающих птицелюдов шквальным огнём, или шальная мина в принципе лишит расчёт помощника оператора? О’Расс боялся не меньше прочих, но страх заставлял его раз за разом выполнять быстро ставший привычным алгоритм действий. Щелчок — отделение короба — установка нового. Снова щелчок, и так до тех пор, пока не закончатся или коробы, или разумные по одну из сторон баррикад. — Вали, Ши. Ты тут и правда теперь… ух… как мёртвому припарка… а так прибьёшься к основным силам, хрен кто вспомнит что тебя к нам отправляли…

Оператор пулемёта как можно незаметнее вздохнул: будь его воля, и он отправил бы прочь обоих юнцов, но в одиночку эффективно вести огонь он не сможет. Просто рук не хватит, а сейчас каждый расчёт был необходим для удержания пошатнувшегося периметра.

А ещё бойцы уже давно поняли: там, куда добирались цийенийцы, живых не оставалось в принципе. Птицелюды-штурмовики отличались крупными габаритами и огромной физической силой, что позволяло им носить на себе те гробы, что по недоразумению считались бронёй. Бронеплиты толщиной в два пальца пробивались только оружием, заточенным под поражение боевых дроидов, а такое было не у всех: смешно, но имперская армия в качестве основного средства противодействия автономным машинам предпочитала ионные гранаты и бомбы, плюс мощнейшие средства подавления связи.

И то, и другое в этом конфликте было совершеннейшим образом бесполезно, так как сложную технику Альянс Ззод не использовал, а их средства связи на земле начинались и заканчивались на примитивной системе гонцов и рупоров, вой которых был слышим на многие километры. Нет, радиостанции у них тоже были, да только пока всё выглядело так, словно их войскам привычно было обходиться без оных.

— Чёрт с вами. — Ши боролся с собой недолго, а спустя минуту уже скрылся в хитром переплетении окопов, связывающих не слишком основательные блиндажи друг с другом. Оставшиеся на позиции оператор с его помощником переглянулись — и вернулись к рутинной, но важной задаче по покрытию их сектора свинцовым дождём.

Им вторили пулемёты на соседних позициях, помогали и сыплющиеся с неба мины, но птицелюды уверенно отвоёвывали метр за метром. Они обильно поливали чужую землю своей кровью, чтобы прорвать, наконец, злосчастный периметр. Понимали, что стоит им преодолеть эти двадцать километров, как оборона рассыплется, и дальше численное превосходство цийенийцев даст о себе знать самым оглушительным образом.