— Знаю этого засранца, — прокряхтел Гарольд при упоминании Диего. — Записался добровольцем в миротворцы, дезертировал с оружием. Потом сколотил бригаду таких же отморозков и занялся разбоем. Наш молодняк считал его чуть ли не героем, спал и видел себя в его бригаде. Девчонки тоже с ума сходили, из кожи лезли, чтобы попасть к нему в постель… — Старик задумался, пошамкал беззубым ртом.

— Мистер Фуртадо, нам все это известно, — не выдержал Хайро. — Вам есть что сказать по делу?

— Есть! — Гарольд треснул по столу. Его голова при этом тряслась от волнения. — То, о чем я рассказывал, — вода под мостом. Было да сплыло. Диего считали кем-то вроде Робина Гуда, пока он помогал народу. Как же! Власть вскружила ему голову. Очень быстро мерзавец решил, что равен богу, а остальные — лишь пыль под ногами. Его люди могли средь бела дня затолкать во флаер понравившуюся девочку… или мальчика, и плевали они на возраст. Недовольных или тех, кто пытался вступиться, сбрасывали «полетать», чтобы не тратить патроны. Бандиты зверели от безнаказанности, никто им и слова поперек сказать не мог. А кто защитит? Оружия у нас нет, да и… — Старик сплюнул на пол, Мария, только вчера вымывшая пол, испепелила его взглядом и пошла за тряпкой. — Ладно, закругляюсь. Люди Диего навещали нас. Обходили, расспрашивали. Искали моего внука. За всех не ручаюсь, но пусть меня вынесут отсюда вперед ногами, если я ошибаюсь — никто им ничего не сказал!

Слова старика обнадежили. Однако безопасники решили не полагаться на веру. «Наивность еще никого не спасала от разочарования», — выдал мысль Хайро.

— Нам нужно все Калийское дно, — сказал я и зевнул. — Надо привлекать всех местных в клан, принимать в последователи Спящих и… — Я снова зевнул, причем так широко, что чуть не вывихнул челюсть.

— И заключать договора разума, — закончил за меня Хайро. — Вербовщиков лучше искать среди тех, кто уже в клане.

— Не нужны нам вербовщики, — покачал головой Мэнни. — Народ сам просится. Только свистни…

Когда все разошлись, я добрел до кровати и рухнул прямо в одежде. Уснул раньше, чем голова коснулась подушки.

Поспать удалось часа три, а потом меня разбудила Мария. Я ее не просил, собирался как следует отдохнуть перед продолжительной игровой сессией. Протерев глаза, я сел, и по моему недоброму взгляду она поняла, что нужны объяснения:

— Прости, Алекс, распоряжение Моралеса. Завтрак, учеба, тренировка.

— Учеба? — Я не поверил своим ушам. — Какая учеба, когда столько всего надо сделать⁈

— Твоя мама связалась с Хайро. Сама не слышала, но Рой свидетель, она кричала так, что ветеран войны, прошедший адское пекло, сжался как нашкодивший щенок! — Мария хихикнула. — В общем, регулярное питание, полноценный сон, режим и учеба — вот что тебя ждет, Алекс Шеппард!