Голова кружилась от одуряющего запаха курительных трав. Ноги утопали в пыли, и я был уверен, что лицо мое стало таким же грязным, как и у местных. Пыль проникала даже сквозь одежду и липла к потному телу, она была тут везде.

Жители деревни все, как один, отличались богатырским телосложением и высоким ростом. Даже женщины, казалось, происходили от титанов или гигантов, но система уверяла — это люди. Вот, значит, из какого племени Ояма? Немудрено, что он выбрал безоружный бой. Тот же Дзигоро кулаком мог бы проломить крепостную стену «Модуса». И теперь понятно, почему житель пустыни вздрагивали, услышав название Джири.

Дойдя до нужного дома, я осторожно, перепрыгивая через кучки навоза, добрался до двери из рассохшихся досок и постучал. Никто не откликнулся, я решил, что Оямы нет дома или он еще спит, но гранд-мастер вышел с заднего двора. Старик больше не напоминал ту обезвоженную мумию, которую я встретил в пустыне во время битвы Альянса и Шазза. Окреп, остриг бороду и волосы, выпрямился и налился мускулами, будто скелет, обросший плотью.

— Кто такой? Чего надо? — грубо спросил он.

— Меня зовут Скиф, гранд-мастер. Мы виделись в пустыне, когда вы вернулись из…

— Помню, — небрежно бросил Ояма и подивился: — Надо же, без морока явился, в своем облике. И не падаль! Удивительно!

— Наставник…

— Нет! — резко оборвал меня старик. — Я тебе не наставник…

В мгновение он оказался рядом и тронул меня пальцем в грудь. Произошло это так быстро, что я не успел ничего сделать — мое тело оторвало от земли и унесло за пределы деревни. Я врезался во что-то спиной, из меня выбило весь воздух, активироваласьНевозмутимость . Из глаз брызнули слезы.

Поднявшись, я увидел перед собой Ояму. Ожидая худшего, быстро нацепилХладнокровие карателя .

Изучив меня взглядом, старик покачал головой:

— Слишком слабый. Слишком медленный. Но живучий. Говоришь, тебя учил Сагда? Бу? Как поживает этот пьяница?

— Во время нашей последней встречи собирался ехать искать вас в пустыне. Мастер Сагда давно готов взять новый ранг.

— Не думаю. Дух Сагды слаб, всегда был слаб. Крепкий кулак — это лишь малая часть того, что нужно идущему путем безоружного боя. Не так слаб, как… — Ояма сплюнул. — Слабые духом возлагают надежды на металл, прячутся в броне и за щитом, орудуют мечами и топорами. Слизняки в жестянке. Ты, как погляжу, тоже прячешься в доспехах?

— У меня лишь первый ранг мастерства, наставник…

— Да не наставник я тебе! — разозлился он. — Говорю же, ты слабый и медленный. Обернись.

За моей спиной в смертельных объятиях толстых лиан погибало некогда-то могучее дерево, листья его пожелтели и свернулись, половина ветвей засохла.