— Артур, подойди сюда, — окликнул меня боцман.

— Иду, — сказал я и легкой трусцой подбежал к рубке. — Что?

— Капитан сообщил мне, что их было не тридцать два, а тридцать шесть. Тот пленник, которого ты допрашивал на горе, обманул нас. Четверо ушли вчера на другую сторону острова, и они должны сегодня вернуться.

— Врет, — коротко сказал я и, прищурившись, посмотрел на капитана, которого боцман уже успел перевязать.

— Почему ты так решил?

— А я судовой журнал посмотреть успел, он у капитана на журнальном столике в каюте лежит, — пояснил лениво.

— Точно врет?

— Точно-точно, там есть список команды, и их было тридцать три. Одного смыло во время шторма, остальные сами знаете где. Сейчас спрошу, на фига ему это надо.

— Не надо, лучше я сам, ты с оружием наконец закончи, — достаточно твердо отказался боцман от моей помощи.

— А?..

— Иди-иди, — прогнал меня он.

Развернувшись, я направился к оружию, подойдя, с сомнением посмотрел на немалую кучу, которую венчал ручник. Таскать все это железо вниз мне было что-то неохота.

Осмотревшись, я приметил шкета, который испуганно смотрел на меня.

— О, бесплатная рабсила, — сказал я по-русски и, довольно улыбнувшись, крикнул шкету уже по-английски: — Эй ты, а ну давай иди сюда, ком-ком, арбайтничать будешь. Ты что, не понял⁈ Шнель ко мне!

Однако пиз…ныш продолжал сидеть у борта и только еще больше сжался.

«Вот гад, ща врежу!» — пообещал я себе, направляясь к нему. Схватив его, взвизгнувшего, за грудки я понял: что-то не так. Знакомые выпуклости на груди стряхнули пелену у меня с глаз.

«Так вот оно что, а я-то думаю, что за парень странный!» — подумал я, с довольной улыбкой щупая девичьи груди под скрывающей фигуру рубашкой. Спермотоксикоз, казалось бы, полностью задавленный из-за встречи толстушками, снова ударил мне в голову.

— А-а-а, убери руки, — завизжала девка, пытаясь закрыться руками от моих загребущих рук.

«Второй размер», — профессионально оценил я размер груди девушки.

— Что там, Артур? — спросил от рубки боцман.

Обернувшись в его сторону, я прижал к себе вырывающуюся девушку и твердо сказал:

— МОЁ!

Пытаясь ухватить девку поудобнее, я взял ее за рубашку и спеленал длинными рукавами.

— Я обещал, что «вы…бу». Пацан сказал, пацан сделает, — сказал я ей на ушко, вспомнив, что обещал шкету, когда он остался один на траулере.

— Артур, а ну прекрати немедленно! — приказал мне подходящий боцман, грозно нахмурив брови. Было видно, что эта сцена ему очень не нравится.

Я тоже хмуро посмотрел на Кирилла Васильевича, отпускать более или менее нормальную женщину из рук я не собирался.