— В чем дело? Почему ты его держишь?

— Это баба! — пояснил я.

— Хм, да? — озадаченно осматривая девушку, спросил боцман.

— Согласен, не фонтан, но лучше хоть что-то, чем ничего, — согласился я, видя, что боцман о чем-то задумался.

— Артур, скоро подойдет помощь, ты сам понимаешь, в какое положение ты нас ставишь? — спросил меня он.

«В положение я собираюсь ставить ее, а не вас, многоуважаемый Кирилл Васильевич!» — подумал я, но вслух ответил другое.

— Да кто узнает?..

— Я знаю, Слава знает, Сережа про него знает, — сам себе подписывал приговор боцман.

— Правильные вы слова говорите, Кирилл Васильевич, правильные, — со вздохом согласился я, отпуская девку.

— Вот и хорошо, иди пока узнай, как там дела у Славы, — попросил меня ласковым тоном боцман.

— Уже иду. Кстати, девка не в моем вкусе, никогда таких не любил, но если бабы нет почти месяц, тут волком взвоешь.

— А не мал ли ты такие разговоры заводить? — спросил боцман, с сомнением осмотрев меня.

— Убивать не мал, а бабу завалить — так еще не вырос, что за люди? — бурчал я, спускаясь по лестнице на нижнюю палубу.

— Слава, как ты там? Связался? — крикнул я через весь коридор, вызвав новую волну стуков в дверь, где сидели толстушки.

— Норма, я сейчас… — услышал я из радиорубки. И тон мне сразу не понравился, так говорят, когда к горлу приложен нож.

Вытащив пистолет и держа на прицеле дверь, я тихо крался к двери в рубку.

— … твою же мать. Слава, блин, ты когда пьешь, закусывай, а то я тут не знаю что подумал, — сказал я, облегченно убирая «беретту» обратно.

— Да ты меня как раз на выдохе поймал, вот я и.

— Да понял я. Это что, спирт? — спросил я, беря в руки бутыль с прозрачной жидкостью.

— Ага, медицинский. Его прошлый хозяин вместо технического использовал, придурок.

— На батончик, закуси, а то я закушу, тут такой аромат витает.

— Спасибо, — поблагодарил Слава, шурша оберткой.

— Так что там насчет вызова?

— Докричался. Судя по всему, мы где-то на островах Кука. Таити меня легко берет, как будто рядом. Велели сообщить наши координаты, ты знаешь?

— Ща узнаю. Тут в капитанской каюте судовой журнал лежит, там должны быть данные. Таити-Таити, я иду к вам, — пропел я, выскальзывая из радиорубки.

Вернувшись, я бухнул на стол журнал и сказал:

— Нету ни хрена. Запись есть до шторма, а новые он не писал, гад.

— Что же делать? У одного военного эсминца есть сканер, он по нему пытается найти нас, но это, сам понимаешь, долго.

— Американский?

— Что?

— Эсминец американский?

— Да.

— Блин, плохо дело. Не хотелось бы мне с ними встречаться. Слушай, а кто к нам ближе всего? Ну, чью станцию ты лучше слышишь?