— Вон они, — сказал Макс, кивнув головой в сторону двух показавшихся иномарок.

К нам подъехали две машины: старая Toyota Mark II с помятым крылом и не менее ушатанная Toyota Corolla. Из машин неторопливо вышли несколько человек. Они были одеты в чёрные куртки-парки, а на головах у них были норковые шапки. Эти шапки они носили как униформу. Все приблатненные в те годы старались одеваться в черное, стараясь этим подчеркнуть свою черную масть. Спустя годы это будет казаться не менее смешным, чем наши китайские костюмы с китайского рынка. Первым у них вальяжно шел в нашу сторону пацан с прыщавым лицом, но преисполненный чувства собственного авторитета. Остановившись в метре от нас, он окинул нас высокомерным взглядом.

— Вы из общаги? — спросил он. — Кто у вас старший?

— Ты говори, чего хотел, а мы послушаем, — сказал ему Макс.

— Хочу увидеть того, кто наших парней избил.

— Ну, я им по шее дал! — ответил Виктор, выходя вперёд. — И что дальше?

— Почему ты на них набросился? Что они тебе сделали?

— Я шёл по коридору, никого не трогал. Вдруг навстречу вышли эти двое поциков и толкнули меня плечом, явно специально. По их мордам и глазам я увидел, что они накуренные! Я спросил их, что они тут забыли, а они начали мне грубить. Потом я вспомнил, что это те самые уроды, которые приходили к тому парнишке-первокурснику, который две недели назад повесился. Парнишка этот хвастался нам, что нашёл здесь друзей и общается с порядочными людьми, то есть с вами, но перед тем как повеситься, он проговорился, что он оказался должен вам много денег за какой-то косяк, который, наверное, вы сами придумали. И его заставляют отработать это всё тем, что он будет из дома возить вам коноплю. Вот я им и настучал по башке, чтобы не грубили и по жизни не терялись!

— А ты чего такой борзый? — спросил удивленно этот «порядочный».

— А ты даже не сказал, кто ты вообще? Я тебя не знаю! С кем мы разговариваем?

— Значит, ты не знаешь, кто я, — ухмыльнулся он. Стоявшие за ним приблатненные высокомерно начали посмеиваться.

— Я отвечаю за этот район, — сказал он таким тоном, будто бы все, кто это слышал, должны просто клясться перед ним из преклонения к его статусу.

— И что дальше? — сказал Валера. — Эта драка — моё личное дело и дело этих пацанов. Они бы лучше спортом занимались, чем бегали на общак, мелочь сшибали. А то на словах такие герои были, а как получили по морде, сразу побежали ябедничать. И толпу с собой привели, — сказал он, глядя на них.

— Ты был неправ и должен за это ответить.

— А в чем он неправ? — вмешался в разговор Серега. — Ваши пацаны нарывались на драку и получили то, что хотели! Это им предъявить можно за то, что они напали двое на одного. Просто это повод для вас опять наехать на кого-нибудь из общаги. И всегда любой разговор у вас разговор сводится к одному и тому же. Ты куришь коноплю, выращиваешь коноплю или продаёшь её? Вам нужна конопля, вот и всё. Ваши разговоры о справедливости — оставьте для своих малолеток. Мы живём в общежитии уже не первый день, и ваши шныри приходят к нам почти каждый день.