На улице мертвяков не видно, они не особо склонны шататься по окрестностям и я их прекрасно понимаю: −64°С, тут особо не побегаешь. Слава Босху, ветра нет никакого, иначе я бы ни за что не решился покидать небоскрёб.

Одним плюсом этой экстремальной погоды были снег и лёд. При таких минусах снег и лёд хрустят настолько громко, что незаметно подобраться к нам не сможет никто. Ну, кроме летающих тварей, но таких мы ещё не встречали.

Обследовали супермаркет в течение часа, я нашёл целую гору консервированной кильки в томатном соусе, ещё одно скопление банок с томатным соусом, а также упущенные мертвяками шоколадные батончики, лежавшие в продуктовой тележке, под пятью упаковками туалетной бумаги.

Остальные тоже кое-что нашли, Андреас обнаружил целых пятьдесят упаковок с соевым соусом в канистрах. Мертвяки не могли их не видеть, но за еду не приняли. Странно, но я их тоже прекрасно понимаю: жрать сою — хуже смерти. Терпеть её не могу. Это действительно не еда.

Но томатный соус не давал мне покоя…

— Доктор, я тут заметил, что они всё-таки едят томатный соус, — Андреас показал вскрытую зубами банку с томатом.

— Дай-ка посмотреть, — попросил я.

Тут мне в голову пришла идея. Открываю «окно учёного» и мысленным усилием «помечаю» банку.

В башку будто молотом ударили, как в прошлый раз. Куча не очень интересных сведений о химическом и физическом составах материала банки, технологии её производства, а далее началась актуальная информация по содержимому. Стало о-о-очень интересно. Я взял ближайшую неповреждённую консервную банку с томатной пастой и исследовал её. Она окончательно развеяла все мои сомнения.

— Понял, — произнёс я. — Томат больше не берём. Где ты её нашёл, Андреас?

— Пойдём, — позвал он меня к отделу с морепродуктами.

Мы дошли до стеллажа с соусами к рыбе. Я вгляделся в многочисленные следы на пыли. Мертвяки шастали тут очень активно. Я вычленил след у застывших капель томатной пасты и начал идти по нему.

— Ты куда? — спросил меня Андреас.

— По следу, — ответил я. — За мной.

Безошибочно выследив путь мертвяка, я обнаружил его в пропущенной нами подсобке среди технических помещений.

— Вот теперь я точно понял, почему они не жрут томатный соус, — произнёс я с улыбкой.

Из клыкастого рта чёрного мертвяка вытекла красная рвота, замёрзшая впоследствии, когтистые руки его сжимали живот да так и застыли. Он умер не сразу, корчился, опрокинул все швабры и вёдра, а также исцарапал стены.

— Может, прольёшь свет? — Андреас бросил банку с томатом в ближайшую тележку.

К нам подошла заинтересованная Берта.