Потому я, не раздумывая ни секунды, направился туда. Врагов, к сожалению, мне больше не встречалось. Надо будет раскидать очки обучения, поднять свои навыки, посмотреть что изменится. И было бы неплохо поглядеть, на что я могу потратить такую баснословную сумму очков достижений. Все-таки шестьдесят четыре очка — это не шутки. Пусть даже половина уйдет на налоги в лагерь, все равно, тридцать два — это по меньшей мере новая книга школы заклинаний, если она мне понадобится. И кешбек в десять процентов — приятный бонус моего статуса.

— Пить можно. — Услышал я позади себя.

Ренгу спустилась на землю, потому что мы вышли из леса на равнины, раскинувшиеся на много километров во все стороны, и подошли к реке. Северное сияние, кажется, в паре километров от меня.

Я наклонился к воде, смочил руки. Ледяная! Умылся, стер с рук кровь и грязь. Пить не стал, вместо этого купил кувшин в магазине, дабы утолить жажду. Уже и голод, будто, подкрался, а сонливости все нет и нет.

Река — громко сказано. Мелкий ручеек, может в пару метров шириной, с множеством порогов, уходящих вниз. Стало быть, я все это время поднимался вверх, пусть и под небольшим наклоном, который даже не ощущал. Исток я тоже нашел — речушка разливалась из невзрачной кочки, которая, вероятно, являлась сетью каких-то подземных течений, по случайности вырвавшихся наружу.

Если пойду по реке вниз — скорее всего, окажусь недалеко от того места, где мы с Антоном стали свидетелями битвы двух исполинов. Вот так круг и замкнется. Это если мой внутренний компас не ошибается. Но я всегда могу призвать лягушку — так что за кратчайшую дорогу обратно в лагерь я не переживал.

— Ты все еще будешь идти со мной? — Спросил я у птицы, поднявшись в полный рост.

— Нет. Столько добычи мне не унести уже. Буду возвращаться в лес. Спасибо, Марк.

— За что это? — Удивился я. Если существу неизвестна даже концепция имен внутри рода, то уж благодарность кому-то — это и вовсе прерогатива людей. Но, могла ведь научиться.

— Я выучила новый голос. — Неопределенно ответила птица Ренгу, которую я в уме прозвал именно так, и улетела.

Это — самое дикое и странное знакомство в моей жизни. Но, раз уж этой чудаковатой птице нужно по своим птичьим делам — кто я такой, чтобы этому помешать. В любом случае, я узнал еще одну грань этого мира. И теперь, если я где-то услышу голос мольбы о помощи, буду предполагать, что он не обязательно принадлежит человеку. Не факт что эта Ренгу — тут одна и не факт, что другая птица будет также дружелюбна.

Заболеть я не хотел, а эти пару метров бурной речушки нужно как-то преодолеть. Вроде бы просматривался с берега путь, который можно преодолеть по выступающим над водой камням, но я не доверял своей ловкости в этом вопросе. Ведь одно дело намочить сапоги, а другое — рухнуть в ледяную воду и полностью промокнуть. Тогда быть беде.