Вчерашняя кровопотеря аукается мне неприятной слабостью, граничащей с подавленностью. Словно за ночь я стал вдвое тяжелее. А еще и вода наша, которая в магазине продается, лишена всяких микроэлементов, в особенности минералов и железа. Так что только и остается, что обильно пить и есть мясо, постепенно поднимая гемоглобин.

К сегодняшнему дню я подготовиться решил немного заранее, ведь в чем заключалась работа руководителя отдела продаж, кроме как вокруг непосредственного отслеживания показателей эффективности отдела — так это еще и найм. Относиться к грядущему подбору кадров буду так же, словно это просто работа. Возвращение к этому чувству позволило мне ощутить прилив сил, что ли, будто все встало на свои места.

Помимо меня не спали двое. Татуированная, чьего имени я еще не знаю, сейчас с опаской бродила по долине, держа крепко зажатый в пальцах небольшой камень, и заглядывала буквально под каждый куст. И Борис, лениво зевающий и силящийся разлепить глаза.

— Борь, привет. — Поприветствовал я этого здоровяка, который встрепенулся и застыл с бревном на полдороги к печи.

— Доброе утро, шеф. — Обернулся он через плечо. — Как ты себя чувствуешь?

— Все в порядке. — Не совсем честно ответил я, но и поводов для беспокойств я не видел. — А ты как?

— Мутит еще, и сплю постоянно, в остальном, вроде бы, неплохо. Варя говорит, что у меня башка чугунная. — Усмехнулся он.

— Чугун довольно хрупкий. — Начал душнить я, но быстро прервался. — Не посмотришь, что там у меня? Перевязку я сам сделаю, может, немного магии не помешает?

— Сам хотел предложить. — Забросив полено, Борис с натугой поднялся, уперев руки в колени, и разогнулся. — Давай, садись, сил у меня много, быстро тебя на ноги поставим.

— А ты сам себя, кстати, лечить можешь? — Вдруг подумалось мне, и ответ меня озадачил.

— Вообще-то могу, но как будто с сильно пониженной эффективностью. Не знаю, как объяснить, но вот на себе я царапину буду заживлять десять минут, а на тебе, к примеру, за минуту управлюсь. — Разъяснил он.

— Это многое говорит о тех, кто выдумал правила для этого мира. Ограничение работоспособности самоисцеления всего лишь защита от возможный эксплойтов. — Многозначительно выдал я и уселся в свое кресло.

— А? — Непонятливо глянул на меня Борис.

— Не бери в голову. — Махнул головой я и принялся снимать повязку.

Что ж, вчерашняя экзекуция дала свои плоды. Пришлось немного пострадать, однако, нагноения и сильного воспаления не случилось. Рану очистили, обеззаразили, как сумели, вынули осколки и куски инородных тел, а затем стянули края и активизировали процесс регенерации. Я мог бы шлифануть это все еще одним бутыльком с исцеляющей жидкостью, но решил, что остатки валюты в ближайшее время можно будет потратить как-то иначе, не так эгоистично. Тем более, что никаких предрекаемых инстинктом самосохранения ужасных последствий не наступило.