— Клянусь жизнью, повстречаю этого гамадрила, настучу ему по башке так, что позвоночник в трусы просыпется. — Сплюнул собеседник.

— Забери эти слова назад. — Спокойно подметил я, и словил полный негодования взгляд, потому поспешил дополнить. — Забери клятву, ей не суждено сбыться, ведь Антона я убил собственными руками и видел, как он испустил дух. С пробитым насквозь сердцем не выживают.

— Ох… — Владимир схватился за лоб и качнулся, словно с его плечей рухнул тяжеленный груз. — Кто ж знал.

— Вот именно. — Кивнул я. — Ты знаешь, что случилось с еще одним новичком из той группы? С Димой?

— Такой, что под дурачка косил все время, крепкий парень, но ссыкливый? — Уточнил у меня Вова.

— Он не косил. — Усмехнулся я. — Он, он.

— Слышал я, что Дима не прижился в коллективе. Его хотели новичком отправить на вылазку к коммунистам, оттуда надо было людей привести, дык он там какую-то хрень по пути сотворил. То ли сбежать попытался, то ли людей освободить. — Сбивчиво стал объяснять Владимир, вспоминая какие-то детали.

— Его убили? — Спросил я прямо, и ждал такой же, прямой ответ.

— Нет. Антон, будь он неладен, сумел убедить Барона, что сам это сделает. Ведь, как он сказал, они дружили. И втроем, вместе с Леонидом, они ушли из лагеря. Вернулись вдвоем, с отрезанным ухом в качестве доказательства исполненной казни. — Поджал губы Владимир.

— То есть, о том, что он мертв, кроме этого уха свидетельств нет? — Я уцепился за мысль, и даже был рад, что вначале поговорил с этим человеком, а не с Женей. Та утверждала, что Дима был убит.

— Видимо, так. — Пожал плечами собеседник.

— А что за коммунисты? О чем речь? — Вернулся я на полминуты назад, заполняя пробел в знаниях.

— О, ты не знаешь? — Искренне удивился мужик напротив. — Самая многочисленная группа выживших, у них большой лагерь на юго-востоке отсюда. — Вопреки принятой мной самим системе координат, Владимир махнул в противоположную сторону, в сторону нашего северо-востока. Я не стал вдаваться в подробности, просто примерно предположил направление и сопоставил со своим собственным компасом.

— И зачем вдруг оттуда нужно было забрать людей? Кто они вообще? — У меня был миллион вопросов, даже не был уверен, за что хвататься в первую очередь.

Владимир вновь пустился в рассказ. Если сократить его до фактов, то между Бароном и тамошним главой имеется некоторое соглашение, благодаря которому воинственные отряды Константина не применяют к коммунистам силу, а те, в свою очередь, иногда отдают тому людей по запросу. В рабство.

Гнусная сделка. Еще и название такое… неподходящее подобному строю. Впрочем, полагаю, мне еще представится шанс познакомиться с ними лично.