— Не "мы", а "я"! — Свистящим шепотом сказал он, вцепившись одной рукой в плечо игроку. Из его рта дохнуло гнилью.

— Извините? — Не понял Виктор, инстинктивно отстраняясь от него. Но Юрий не хотел отпускать его так просто.

— Не "мы" в безопасности, а только я! — Повторил он еще более безумным голосом, а потом еще сильнее приблизил свое лицо к лицу хитокири:

— Забирай ее и беги. Пока не поздно, беги! — Его тон изменился на просящий, — Пожалуйста, я не выдержу если еще и она… — Он сполз на пол, всхлипывая и дрожа всем телом. Его голова теперь упиралась в грязный бетонный пол, но парень успел заметить, как потемнел белок в уголках его глаз.

Объяснять дважды не требовалось.

— Ходу! — Взревел Виктор и дернул за собой Кристину. К счастью, она была рядом, из беспокойства подойдя вплотную к двум мужчинам.

— А как же он? — Попыталась спросить девочка, пока парень одной рукой тянул ее за собой, а другой пил эссенцию ночного зрения.

— Тедди!

— Уже! — Отозвался молчавший весь вечер медведь.

Мышцы налились силой, а мир вокруг заиграл новыми красками. Разные оттенки черного, серо-голубого и зеленого раздвинули непроглядную темень. Теперь все вокруг выглядело совершенно по-другому, нежели при свете дня, и в этом было особое очарование. Жаль, что парень не мог это оценить.

Человеческий крик пронзил свежий вечерний воздух. Совсем недалеко от них. А потом еще раз, и еще. При этом голос претерпевал трансформацию. Из визгливого и испуганного он становился все более громким, появлялась глубина и вибрация, он креп и креп. Пока на пятый раз в потустороннем вое непонятной твари не осталось ничего человеческого.

— Быстрее, быстрее! — Они уже выбежали из заброшенного здания, и теперь бежали сквозь плотные заросли сорняков к спасительным воротам. Почему-то парень был уверен: за их границей неизвестное существо не сможет причинить им вреда. Дело оставалось за малым: упомянутые границы пересечь.

Им оставалось совсем немного. Уже были видны покосившиеся секции забора из профиля и сломанный шлагбаум перед лежащими на траве кусками металла.

Однако они опоздали.

Дорогу трем друзьям преградил уже знакомый ранее Юрий. Вот только теперь безобидным его бы не назвал никто.

Дерганные, неестественные движения, словно у дешевой марионетки, клубы молочно-белого дыма, окутывающие его силуэт подобно савану, распахнутый в беззвучном крике рот. Полностью черные белки глаз, красные ободки зрачков и две широкие дорожки от нижних век до края челюсти. Но не слез, а густой, тягуче-бордовой крови.