— Так это когда еще мы его откроем!

— Цены на предметы в инвентаре показывает сразу, а остальные игроки без проблем берут эти кристаллы. Хоть самих девяток раз-два и обчелся. Запас карман не тянет.

— Ладно, убедил. Посмотрим в конце рейда, но если все как ты говоришь, и мой друг не будет против — я в деле.

— Ну и отлично! — Обрадовался Коловрат, — А ты, Тедди, что думаешь?

— М-м-м? — Медведь азартно убивал фрукты в какой-то мобильной игрушке, — А, вы про это. Я уж думал что-то важное, а тут очередной данж. Вообще пофиг, куда Вик — туда и я. Но в заварушке я бы поучаствовал, такой опыт упускать не хочется!

"Еще бы, он же со всех баффнутых опыт забирает. Вот уж кому команда не нужна, так это ему".

— А в чем твой интерес? — Спросил его Санитар.

— Тут все просто, — Коловрат помрачнел, — Большую часть моей команды перебили в той стычке. Остался только один человек, у которого было другое задание. Я подумал, что мы могли бы объединиться хотя бы на время того рейда. Тем более, что большим группам и платят больше.

— Звучит разумно. Спасибо за честность, — Поблагодарил его Виктор. Встав из-за стола, он размял затекшие конечности, и подошел к стоявшему в солнцевороте монстру.

Вблизи красные глаза казались еще зловещее, сияя темным пламенем на застывшем лице нежити. Виктор перевел взгляд, оценивая монстра, и поморщился: вся фигура нежити дышала какой-то порочной силой. Первобытная мощь, и вместе с тем отвратительная гниль. Ни одной видимой уязвимости парень так и не нашел — даже череп твари выглядел прочнее кевларовых пластин в бронежилете.

— Кошмарник, значит, — Протянул он, глядя на тварь сверху вниз, — Надеюсь, я не скоро встречусь с такими как ты.

— Ничего не слипнется? — буркнул монстр, и отвернулся. К человеку он потерял всякий интерес.

Перехватив со стола галету, игрок подошел к медведю и бесцеремонно взял его за голову.

— Пошли, поиграть ты можешь и в нашей комнате.

— Пусти, тиран! Что за диктаторские замашки истинно русского человека, великоросса-шовиниста, в сущности, подлеца и насильника…

— Хватит цитировать дедушку-Ленина, — Хмыкнул Виктор, и вошел в комнату.

При его появлении Кристина, прежде с увлечением писавшая что-то в смутно знакомом блокноте, резко его захлопнула и повернулась к гостям. Недовольство, злость, лихорадочное нетерпение. Все это было хорошо знакомо Санитару — Именно с такими эмоциями он следил за вошедшим в комнату отцом, который не давал спокойно почитать интересную книгу. Тот постоянно пытался вырвать бедную книгу из рук и выкинуть. Странное желание. Но Виктор помнил свои эмоции в таких случаях. И у Кристины было сейчас ровно такое же выражение. Словно Виктор невольно помешал ей, прервал на самом интересном месте.