— В договор войдет освобождение вас от штрафа, скажем, на год, — предложил Шелагин.

Лихолетов так обрадовался, как будто от штрафа освобождали его лично, и посмотрел на дядю так, как будто тот теперь уже точно должен был согласиться. Но у дяди и меня на это лето были другие планы, в которые входило освоение Изнанки, алхимия и отдых у бассейна на участке. И не входила поездка надолго куда бы то ни было.

— Не уверен, Александр Павлович, что нашу стройку можно оставлять без присмотра, — кисло сказал дядя. — Лето пройдет быстро, жить в палатке не получится.

— Судя по тому, что вы уже заказали кровати, из палатки вы собираетесь перебраться внутрь, — проявил информированность Шелагин.

— Там была хорошая скидка, не удержались, — не сдавался дядя. — Меня удивляет, что на столь почетное дело Аристарх Петрович отправляет именно меня, хотя под его руководством работают куда более умелые археологи.

— Не прибедняйтесь, Олег Васильевич, — возмутился Лихолетов. — Несмотря на молодость, вы прекрасный успешный специалист. Вон, господин Волков уже раскаялся, что разорвал с вами контракт, просил посодействовать в восстановлении. Я отказал.

— Чрезвычайно вам признателен, Аристарх Петрович. Но должен предупредить, что никакая ваша просьба не заставит меня больше связаться с этим типом.

— Мы отвлеклись от обсуждаемой темы, — холодно сказал Шелагин. — Признаться, проблемы господина Волкова меня волнуют очень мало. Мне нужно, чтобы раскопки были произведены грамотным специалистом, за это я готов закрыть глаза на многое. Не только на штраф.

— Более законопослушного Рода, чем Песцовы, трудно найти, — пафосно сказал дядя.

— Как с этим сочетается торговля запрещенной алхимией?

— Олег Васильевич, как вы могли? — возмущенно ахнул Лихолетов и встал так, чтобы каждому стало понятно: он не с нами и вообще осуждает любое нарушение законов.

— Запрещенной алхимией мы не торгуем, нелицензированной — да. Но при личной продаже это допустимо, — ответил дядя. — Мы не нарушаем закон.

Лихолетов немного успокоился и придвинулся к нам. Но не настолько, чтобы можно было посчитать его нашим сообщником.

— Но и не платите налоги с продаж.

— Сколько там, этих продаж? Так, племяннику на развлечения. Он в последнее время увлекся предметами Древних, решил собирать свою коллекцию монет, и не только.

Вид у дяди был уже не столь уверенный, как в начале разговора. Слишком много о нас знал Шелагин, что говорило о том, что интересовался он именно нами и хочет именно нас. Призрак лета, проведенного с ноутом в беседке у бассейна, становился именно призраком. Это понимал дядя, это понимал и я.