Сейчас меня больше волновало фехтование, потому что в меня загрузились данные по множеству фехтовальных школ. Каждая была со своими особенностями, зачастую довольно интересными, поэтому выбрать что-то конкретное, даже не попробовав, было практически невозможно. И я осторожно, буквально намечая движения, стал проверять наиболее перспективные связки.
Глава 16
Некоторые движения оказались для меня непривычными: заработали мышцы, которые раньше были нагружены куда меньше. Пришлось вернуться к разминке и добавить к ней новые упражнения. Действовал я не интуитивно: в базе, доставшейся из модуля, оказалось очень много теории, не оставляющей непонятных мест. По всей видимости, расчет был на то, что у обучающегося может не быть возможности консультации у тренера. Пока я вглубь не лез, потому что информации было очень много и нужно было действовать аккуратно, чтобы все уложилось, при этом ничего не повредив ни во мне, ни в самой информации.
Вскоре ко мне присоединился Федя.
— Олег Васильевич уснул опять, прикинь? — широко зевнул он. — Как вообще можно спать в таких условиях?
— А что такого? — удивился я. — Дружинники не так уж шумят и делают это не совсем рядом.
К сожалению, дядин полог не пропускал только звуки из палатки, звуки в палатку пропускал только так. Но второе дяде актуально не было, а удорожало саму палатку прилично, так что я понимал, почему барьер односторонний.
— Они орут неравномерно, — пояснил Федя. — То тихо, то так, что уши закладывает.
— Зато мы сейчас под усиленной охраной, —усмехнулся я. — Сюда точно по твою душу не придут. Разомнешься со мной?
— Конечно. Я для того и вышел.
Но Фединого энтузиазма надолго не хватило, в душ он ушел, когда я даже половины запланированного не сделал, а потом он только сидел и посматривал то на меня, то на дружинников, которые с утра усиленно занимались. Когда я решил, что с меня на это утро хватит и тоже пошел в душ, Федя сказал:
— Прикинь, Шелагин там со своими дружинниками тренируется. Причем как рядовой, а не как наблюдатель.
— Себя в форме держать надо.
— У него есть те, кто будут держать себя в форме, а его дело — направлять, — возразил друг.
— Если так рассуждать, то он должен был проехать тогда мимо нас, — напомнил я.
— Почему это? Его обязанность — нас защищать.
— Ты же только что сказал, что его обязанность — направлять? Вот доехал бы до Верейска и направил бы кого-нибудь на защиту того, что от нас осталось. Личная сила тоже важна. И личные умения.
Дальше Федины рассуждения я не слушал — пошел в душ, потом проверил, все ли нормально с раскапывающим артефактом, подумал и подправил его маршрут в сторону директорского кабинета. Вдруг там реально что-то ценное? Тогда надо вытащить пораньше и изучить.