Ждать пришлось не пять минут, а все двадцать. В итоге Сяочжэй появилась в компании младшей сестры, нёсшей за плечами два небольших рюкзака. За ними семенил старший монах, пытаясь что-то сказать, но добраться до принцесс ему мешала парочка телохранителей. Один из них побежал к воротам, довольно легко для его комплекции сбросив засов. Затем он красиво распахнул створки, словно выпуская нас из сырых подземелий на райские просторы. Монастырь мы покидали с разными чувствами, Алёна с облегчением, Таша с радостью, Сяочжэй хмуро, а Чжэнь с удивлением на лице, не понимая, что происходит и почему мы так скоро уезжаем. По лицам мастеров и Анны Юрьевны сложно понять, что они думают.

Старший из мастеров приладил на спину знакомое самодельное кресло, куда важно забралась Сяочжэй. И так как шли они впереди, меня всю дорогу сверлили взглядом. Мне показалось, что она ни на минуту не выпускала меня из поля зрения. Чтобы уж совсем испортить настроение, начался моросящий дождик, принёсший с собой ледяной ветер. И без того я чувствовал себя сухофруктом, но пришлось немного напрячься, чтобы создать над нами зонтик. Вышел он небольшим, поэтому девчонкам пришлось жаться ко мне, а на узкой тропинке это жутко неудобно. До Сяочжэй дождь вообще не доставал, испаряясь ещё на подлёте. Это было не огненное умение, а электрическое. Я с таким не сталкивался никогда. Время от времени над их головами проскальзывали крошечные разряды и слышался характерный треск.

Троица монахов в этот раз шла медленно, подстраиваясь под наш темп. Мне показалось, что они выбрали другую тропу, чтобы вернуться в горную деревню, но я мог ошибаться. Сам спуск занял часа четыре, за которые мы успели промокнуть и изрядно замёрзнуть. Можно не говорить, какое облегчение у девушек вызвали внезапно показавшиеся дома. Я же обратил внимание на два больших шестиместных внедорожника песчаного цвета. На каждом установлена высокая антенна. Нас ждали, а значит в монастыре всё же была связь с внешним миром.

До аэропорта добрались с большим комфортом. Ташу даже сморило в тёплом салоне. Плохо, что за всю дорогу обычно жизнерадостная и неугомонная девушка не произнесла ни слова. Да и сон у неё вышел неспокойным, словно всю дорогу снились кошмары. И дождь, как назло, иссяк, едва мы выехали из горного района в долину. Небо прояснилось, радуя нас тёплым солнцем.

То, что аэропортом пользовались нечасто, было видно по отсутствию самолётов и пассажиров. В большом здании ни магазинов, ни торговых автоматов. Нашёлся один киоск, в котором отсутствовал продавец, но торговали в нём прессой, журналами и всякими сувенирам и безделушками. Здание могло бы показаться заброшенным, но на входе мы встретили пару уборщиков, беседующих с девушкой в национальном костюме. Затем нашли администратора, который проводил в столовую для персонала, так как кафе и ресторанов в здании предусмотрено не было. Как и выбора блюд в столовой. Нам подали набор дня, состоящий из жирного супа, каши с маслом и хлеба. Выбрать можно было только горячие напитки, чай в пакетиках или растворимый кофе. Пока находили общий язык с работниками столовой, Сяочжэй распорядилась сдвинуть столы, чтобы мы могли пообедать одной компанией.