— Кузьма, Сабина, папа говорил, что вы приедете, — улыбнулась она, тоже не обратив внимания на то, что мы держались за руки. — Ждали вас вчера. Что-то случилось в дороге?

— Всё нормально, — ответил я. — Останавливались на день в Казерте.

— Успели пообедать? — спросила синьора Флора.

— Только что пили чай с пирогом. Маурицио дома? Мне бы с ним поговорить.

— Он во дворце с самого утра, — она жестом пригласила нас в большую светлую столовую. — Знаю, что у вас будет много забот сегодня, поэтому плотно покушайте.

— Скажите, у вас энергетик найдётся? Для одарённых или мастеров, на тысячу единиц. Очень надо.

— Спрошу у Карлоса, — синьора Флора посмотрела на дочь и направилась вглубь дома.

— Руки мыть будете? — спросила Эсмеральда, пряча улыбку.

Обед в доме накрыли в большой столовой, но только на троих, включая Эсмеральду. Она говорила, что если соберётся всё семейство Сальви, то нас отпустят в лучшем случае часа через два, а маркиз просил, чтобы Кузьма как можно быстрее появился во дворце. Но даже так это заняло много времени. Не очень удобно кушать одной рукой, одновременно следя, чтобы внутреннее море Сабины не разлилось окончательно. Я всего на пару минут выпустил её из виду, а она едва сознание не потеряла. Зашла в уборную, чтобы привести себя в порядок и помыть руки, а вышла бледная, как стена, даже губы побелели немного. Перепугала Эсмеральду и синьору Флору, которые уже хотели за доктором послать. Едва удалось их убедить, что ничего страшного не случилось и всё это из-за переутомления. Зато буквально через десять минут доставили энергетик в большом пластиковом стакане, ещё горячий. Только когда Сабина выпила половину, энергия во внутреннем море у неё забурлила, вернулся здоровый цвет лица, а усталость испарилась без следа. Давать ей весь энергетик я побоялся, поэтому вторую половину допил сам, едва ли почувствовав результат. Долго потом не мог избавиться от противного химического привкуса во рту.

— Насколько неспокойно в Италии? — спросил я после обеда, когда мы вернулись в гостиную. — Имею в виду мигрантов и беженцев.

— Всё сложно, — сказала синьора Флора. — Я читала отчёт, который получил Маурицио. За этот год на берег Италии только на самодельных лодках и кораблях высадилось сто восемьдесят тысяч человек. В основном чернокожее население Африки, но есть и арабы. Это очень много, в четыре раза больше, чем в прошлом году. На острове Лампедуза мигранты в несколько раз превышают количество коренного населения. Их сдерживает полиция и один из кланов герцога Бурбон-Сицилийского.