смотрят телевизор, пиво пьют, на футбол ходят… Я их не знаю, вот в чем беда. Не хотят они, мудрые и отошедшие от дел, ввязываться в бесконечную войну Дозоров. И к кому мне идти за советом? Кому излагать свои ужасные догадки? Гесеру? Ольге? Так они потенциально тоже входят в число подозреваемых. Нет, не верю я в их оплошность. И битая-перебитая жизнью Ольга, о хитрющем Гесере и говорить не приходится, такую оплошность не совершит, невыполнимых обещаний человеку не даст. Да и Семен не мог! Не верю, что мудрый, в исконном, народном смысле мудрый Семен так подставится… Значит, кто-то еще из наших мэтров оплошал. И как я буду выглядеть, выдвигая такое обвинение? «Мне кажется, что тут виноват кто-то из нас. Из Светлых. Скорее всего – Семен. Или Ольга. Или вы сами, Гесер…» Как мне после этого ходить на работу? Как смотреть в лицо товарищам? Нет, не смогу я высказать таких подозрений. Я должен знать точно. Подзывать официантку почему-то казалось неудобным. Я прошел к стойке, попросил сварить еще чашку. Оперся о перила, посмотрел вниз. Внизу я обнаружил своего ночного знакомца. Гитарист и собиратель забавных футболок, счастливый владелец большого английского унитаза, стоял возле открытого бассейна, заполненного живыми омарами. На лице у Ласа отражалась напряженная работа мысли. Потом он усмехнулся и покатил тележку к кассе. Я насторожился. Лас неторопливо выложил на движущуюся ленту скромные покупки, среди которых особняком выделялась бутылка чешского абсента. А расплачиваясь, сказал: – Вы знаете, у вас там есть бассейн с омарами… Девушка за кассой заулыбалась, всем видом подтверждая, что бассейн есть, омары в нем плавают и парочка живых членистоногих замечательно подойдет к абсенту, кефиру и мороженым пельменям. – Так вот, – невозмутимо продолжал Лас, – я сейчас видел, как один омар забрался другому на спину, выполз на бортик и спрятался вон под те холодильники… Девушка часто заморгала. Через минуту у кассы появились два охранника и крепкая тетка-уборщица. Выслушав ужасную весть о побеге, они бросились к холодильникам. Лас, поглядывая на зал, расплатился. А погоня за несуществующим омаром была в самом разгаре. Уборщица тыкала шваброй под холодильники, охранники суетились вокруг. До меня донеслось: – Ко мне гони, ко мне! Я его уже почти вижу! С выражением тихой радости на лице Лас двинулся к выходу. – Осторожней тычь, панцирь помнешь – некондиция будет! – предостерегал охранник. Пытаясь согнать с лица недостойную Светлого мага улыбку, я взял у девушки свой кофе. Нет,