— Я полагаю, что скоро наступит праздник? — с легкой улыбкой спросил я.
Чхику в ответ лишь молча кивнула.
*Спустя 5 часов*
Дош кхалин — совет овдовевших кхалиси, и именно они призвали всех дотракийцев выйти наружу, как мне объяснила Чхику, то сделано это было для того, чтобы воздать должное Небесам. А что может быть более прекрасной сценой для появления Акатоша, как не эта?
Глава 160
— Чхику, будь готова действовать по плану, — произнес я перед праздником.
Акатош уже летел в эту сторону, и ближе к празднованию он уже будет здесь.
— Хорошо, — кивнула девушка.
Мне и Дейнерис пламя Акатоша не усиленная молнией были не опасны, а вот моим подчиненным повезло не так сильно, и по этой причине нужно было придумать возможные пути отхода, если дотракийцы решат сражаться.
— Я бы хотел избежать сражения… Но всё зависит от того, как себя поведут кхалы.
Дальнейшая дорога до место проведения ритуального жертвоприношения прошла в молчании. На удивление кое-какая организованность в этом городе таки была, и я смог в это убедиться благодаря тому, что каждая дорога в какой-то мере вела к центру города, где и проводились все важные мероприятия.
Овдовевшие кхалиси к этому времени уже начали исполнять крайне интересный ритуальный танец. Каждое движение дош кхалин в астральном плане взывал кому-то, а если быть точнее, они взывали к Великому Жеребцу.
— Что-то случилось, кхал? — спросила у меня Чхику.
— Нет, — ответил я таки не сумев удержать улыбку. — Просто… Крайне забавно видеть то, что они взывают к тому кто уже давно не может им ответить.
Теперь я мог видеть, что дош кхалин обладали зачатками магии, но дар сей они пожертвовали своему божеству, и ныне не могли развить его до приемлимого уровня.
Чем ближе они подходили к концу, тем более отчётливее они чувствовали, что Великий Жеребец не отвечает их молитвам, и тревога в сердцах дош кхалин росла с неимоверной силой.
— Пора, — произнес я, чувствуя, что Акатош уже совсем близко. — Следуйте плану.
— Хорошо, — ответили мне Дейнерис и Чхику.
— Вы не можете услышать ответ от вашего бога? — довольно громко спросил я.
Пение и танцы дош кхалин прекратились в тот же миг, ведь сказано всё это было так, что слышно было всем. Тревога в сердцах дош кхалин с каждым моим словом нарастал с новой силой.
— Сказать вам, а почему он не может ответить? — с легкой улыбкой спросил я.
К этому времени я стоял прямо перед самой главной среди дош кхалин. Главой овдовевших кхалиси была крайне старая женщина, хотя скорее уж старуха, которая смотрела на меня своими помутневшими глазами.