— В частности ваше мнение о короле, которому вы присягнули, — проговорил я, когда мы уже находились перед последним препятствием.
После моих слов Луковый Рыцарь напрягся на мгновение, но как только я увеличил любопытство вместе с опасением… Он укрепился во мнении о том, что ему нужно узнать новое о Станнисе.
— Поверю вам на слово, — произнес Давос.
Над дверью мною была создана иллюзия. Не только визуальная, но и слуховая для того, чтобы никто не заметил наше вторжение в это самое помещение.
Я мог переместить Давоса и Ширен через Царство Теней… Однако подобное я не стал проворачивать по нескольким причинам, но стоит брать в расчет лишь главную. Главная причина заключалась в том, что подобное приключение помешало бы мне привить определенные идеи и мысли в их голову.
— Вот мы и прибыли, — проговорил я, смотря на Станниса и Мелиссандру, которые были заняты тем, что сношались на карте Вестероса.
Луковый Рыцарь взглянул на меня с осуждением и закрыл глаза девочки, которая была, мягко говоря, удивлена тем, что делает её отец.
— Вы это хотели мне показать? — спросил Давос, глядя на меня всё теми же осуждающими глазами.
— Нет, — ответил я с легкой улыбкой на лице. — Самое интересное ещё впереди. Вы так и не заметили, что-то странное?
После моих слов Давос успокоился и начал смотреть на окружающее пространство более внимательными глазами…
— Боги… — прошептал Давос, который увидел деталь, что контрастировала с окружающим пространством.
Взгляд Давоса был заперт на убитом ребенке. Глаза Лукового Рыцаря ни могли не заметить примечательные черты данного ребенка.
— Я думаю, что вы уже поняли, — начал я закрепление определенных мыслей у данного рыцаря. — Кто это такой?
— Бастард Роберта Баратеона, — прошептал Давос Сиворт.
— Именно.
— Но за что? — вопрошал Луковый Рыцарь, который не мог понять действия Станниса.
В голове Давоса Сиворта младший брат Роберта был справедливым и честным человеком. Именно по этой причине в его миропредставлении Станнис не мог сделать это. Не мог убить ребенка.
— Пусть он сам расскажет, — произнес я, видя дальнейшую беседу между Мелиссандрой и Станнисом.
В этот момент они уже закончили свои влажные дела. Мелиссандра оперевшись на плечо Станниса прошептала:
— Мой Принц… Вам стоит сделать это.
Станнис в ответ на это ничего не сказал, но я чувствовал то, что ещё чуть-чуть и он поддастся на уговоры жрицы.
Мелиссандра также это знала. Она видела то, что глаза Станниса на мгновение дрогнули. Броня, которая брала свои силы из чувства справедливости, начала ломаться… Начала давать трещину.