Мокроголовый считает себя пророком, способным слышать голос Утонувшего бога. Он живет уединенной жизнью отшельника, всегда спит поблизости от моря, используя шалаши из водорослей. Для Эйрона вера в Утонувшего бога олицетворяет преклонение перед традициями и презрение ко всему новому и «неостровному».
Следуя своему стремлению вернуть эпоху древнего закона, он даже идет так далеко, что восстанавливает практику человеческих жертвоприношений.
Отвращение к новым вещам принимает у него абсурдные проявления. Например, он испытывает несимпатию к лошадям из-за их происхождения из «зеленых земель», которые он не выносит.
Он также считает подозрительными людей, живущих в глубине острова, поскольку их дома находятся далеко от священного моря.
— Стоит ли мне думать, что это показатель твоей компетенции? — спросил я у Бейлона.
После моих слов Бейлон побледнел и посмотрев на своего младшего брата проговорил:
— Эйрон! Как ты смеешь вклиниваться в мою беседу⁈
Младший брат Бейлона не испугался от тона и слов, которые были произнесены лордом Грейджоем.
— Это как ты смеешь пытаться пойти против Утонувшего Бога⁈ — закричал на него Эйрон Грейджой. — Ты действительно думаешь, что кто-либо из железнорожденных пойдет на подобное⁈
Бейлон на мгновение замолк. Он тоже прекрасно понимал, что Эйрон Грейджой прав. Железнорожденные бы не стали жить под подобными условиями. Однако говорить подобное мне он побоялся, ведь в таком случае я бы исполнил свою угрозу.
— Да, я уве—
Он не успел договорить, так как слово внес уже лично я.
— Мой дорогой друг, — начал я с легкой улыбкой на лице. — Ты же ведь не собирался мне лгать? Ты же не собираешься убеждать меня в том, что слова вашего главного жреца… Ничего не значат?
Бейлон побледнел ещё пуще прежнего. В этот момент я достал свой клинок, который на мой взгляд наиболее удобным образом лежал на моих руках.
— П-Прошу милости… — прошептал Бейлон.
— К сожалению, — проговорил я, не переставая приближаться к Бейлону. — Я не могу это сделать.
Бейлон схватился за клинок. Попытался противостоять мне, но я был быстрее в своей атаке. Ещё до того, как он успел вытащить лезвие из ножен… Я одним ловким движением снес голову Бейлона.
*БУХ*
Голова Бейлона упала на землю, словно арбуз, который ненароком уронили, когда перевозили из одного места в другое.
— Но я рад, что ты попытался что-либо противостоять мне, — произнес я, глядя на голову Бейлона.
После чего мой взгляд упал на ещё одно действующее лицо в этом помещении.
— Я был прав в своем предположении? — спросил я у Эйрона.
Младший брат Бейлона не боялся меня, и я это отчетливо видел в его глазах, и столь же отчетливо читал его душу. Эйрон в ответ на мой вопрос улыбнулся и проговорил: