Значит подразумевалось другое. Одинаковая дистанция выдержана между любыми двумя соседними точками. То есть стартовые локации равномерно распределены по площади. А раз так, то при знании местоположения двух любых соседних точек мы имеем возможность измерить расстояние между ними и понять круг какого радиуса с центром в стартовой локации точно не имеет в себе ещё одной.

Мы же знаем три точки: моя в отдалении от тех, где стартовали Диего и Чеча — она точно ни для одной из них не соседняя. А вот локации парней подозрительно близко друг к другу. Попробуем взять расстояние между ними за искомую величину. Если я не ошибся с границами зоны, по которой нас раскидало, то вырезанных из картона кружочков с радиусом в половину дистанции между точками Чечи и ДИ в эту зону поместится только десяток — ни больше ни меньше.

Когда ножницы с плотной бумагой наконец принесли, я отмерил циркулем нужный отрезок и принялся чертить на картоне одинаковые круги. Закончив, вырезал весь десяток и начал аккуратно раскладывать их по карте, начав со стартовых локаций Диего и Чечи. Для последнего использовал две канцелярские иголки-держалки, приколов кружки через центры к намеченным ранее карандашом точкам.

— Гениально! — в сердцах треснул кулаком по столу маршал Танако, когда все десять кружков аккурат влезли центрами в обведённую красным мелком область, свесив за край бока.

Последняя река с одной стороны, неровная, но в целом почти параллельная ей полоса побережья с другой, и условные линии между крайними рядами аллоев и перешейками с юга и с севера. Не идеальный прямоугольник конечно, но близко к тому. И зная три из десяти точек старта, мы в пять минут вычислили семь остальных. Гениально? Это только, если следовать утверждению, что всё гениальное просто. Как сказал бы Василий Фёдорович, мой препод по матанализу: элементарщина — такими задачами только пятиклашек пугать.

* * *

Миноискатель. Так обозвал я Бигмака летящего в сотне метрах под нами, когда мы впервые спустили его сегодня утром вниз на верёвке. Сидящий рядом Диего с такой новой кличкой изверга был не согласен, предпочтя ей рыбацкое: «Воблер». Оно, и действительно, немного напоминало рыбалку. Летящий над сорняком гроболёт — это катер. Болтающийся чуть позади нас на длинной верёвке Бигмак — спущенная с катера на леске блесна. Вот только едва ли из леса под нами вынырнет гигантская крылатая щука и схватит приманку. Мы ждём, когда паук-ампутант шмякнется об невидимый купол, какой выпирает на целую лигу вверх от земли над каждой из стартовых локаций.