— Хорошо, — ответил я, поняв её слова и наконец-то смутившись, а Олег кивнул вслед за мной, соглашаясь, будущее так будущее, каким бы оно для нас не было. — Но что нас ждёт? К чему готовиться, что делать, как быть? К чему мы тут можем пригодиться?
— У вас есть три месяца, — напомнила она, — и вам следует потратить их с толком, а я предоставлю для этого все возможности. Мало того, именно от того, как вы проведёте это время, и будет зависеть ваше будущее. Мне, знаете ли, обалдуи не нужны.
— Уже лучше! — оживился Олег, — значит, если мы пропьянствуем всё это время, то поедем в Третий Круг, а если нет, то вы нас, значит, к делу приспособите? Или амнистию организуете?
— Там видно будет, — отмахнулась Анастасия, — но всё возможно.
— Тогда вперёд! — подпихнул меня локтем развеселившийся Олег, — будем учиться, Саня, учиться и ещё раз учиться! А учить кто будет — Димон, что ли?
— Первое время он, — кивнула Анастасия, — а там по результатам посмотрим. И я прошу вас отнестись к делу со всей серьёзностью.
— По-другому не умеем! — горячо заверил её Олег, а она на это немного недоверчиво хмыкнула, но улыбнулась, мол, дерзайте, всё в ваших руках.
Я невольно выдохнул с облегчением, наконец-то появилась хоть какая-то ясность, хоть какое-то дело, видно же, что у Анастасии на нас есть какие-то планы, вон и профессор смотрит на неё с не очень довольным удивлением, он что-то знает, но при этом оставляет за ней право решать нашу судьбу.
Ладно, быть по сему, мало ли, что она нам тут сегодня наговорила, в любом случае, выбор у нас есть, Третий Круг, с каким бы придыханием они о нём не отзывались, от нас никуда не денется. Если что, не пропадём и там, а пока посмотрим, к чему это всё приведёт.
Глава 14
Когда мы высадились на той самой, забитой флаерами, стоянке у института практической истории, был уже вечер, причём вечер следующего дня, а потому жрать хотелось неимоверно. Настолько неимоверно, что я с каменным лицом прошёл мимо двух стражей порядка, тех самых, что были едины в своём милицейском дуализме во множестве себе подобных.
Они выставились на меня своими рыбьими буркалами, я ответил не хуже, наградив их холодным, безразличным взглядом, посмотрев на них, как на фрицев через прицел и поэтому немного вызлившись против воли, но на этом всё и кончилось, хотя и видно было, что они припёрлись сюда именно по мою, вогнанную в отрицательное значение индекса социальной полезности, или как там его правильно, заблудшую душу.
— Да, — подтвердила Анастасия мои мысли, — всё именно так. А потому вам, Саша, лучше в ближайшее время из здания института не выходить.