Совместными усилиями духов земли и воздуха завал преодолели за двадцать минут. Следующий задержал на десть, а потом Василию пришлось пить восстанавливающий ману элкесир. Впрочем, это мелочи. Спустя три часа и четыре завала, отряд пробился в небольшую пещеру, где и нашел полумертвого шамана.

— Лариэль, твой выход, — скомандовал Василий.

— Фу, какой он грязьненьки и вонюченький.

— Тэбэ с ним нэ цэловаться.

— А где же денежки? На что мы будем зверюшек спасть и любви всех учить⁈ — забегала по пещере Ло.

— Фелих, как очнется, сразу за шею бери, и руку заломи, — приказал Василий, отходя в сторону от засветившегося тела Блохастого и беря на изготовку метательные ножи.

— Не стоило на нем «Фонтан жизни» использовать, — сказала Ло, и руки ее засветились чем-то белесым, словно их гнилостный туман окутал.

— Ох, — вздохнул очнувшийся шаман, и попытался сесть, но тут же был вздернут могучей лапой тролля. — Ааа! — заорал Блохастый, когда разглядел заламывающего ему руку монстра.

— Товарищ, я не причиню вам вреда, если вы будете сотрудничать, — сказал Фелих. Но улыбаться ему явно не стоило.

— Ло, кончай суетиться, приведи спящего красавца в чувство, — скомандовал Василий.

— Да какой он красавец! Он бяка-бука! У него же вся одежда из шкурок несчастных сусликов и воротник из невинно убиенных белочек! Так ему и надо. Фелих, милый, сломай ему руки, а потом сверни шейку. Он недостоин жизни!

— Шиза крепчает, — вздохнул Василий. Остальные согласно закивали, а подзабытый на время Блохастый очнулся, услышал последнее и задергался, привлекая внимание.

— Ты зачем животных убил⁈ — подскочила к нему Ло. — Где деньги на спасение зверушек и пропоганду любви⁈ — выпалила она.

— Эм, — кивнул Василий на Ло и вновь сомлевшего Блохастого, успевшего разглядеть клыки вампирессы.

— Угу, — буркнула Эмансиэль, развеяла магию и, обняв Ло, отвела ее в сторону. Блохастый получил пару пощечин и вновь вернулся в бренный мир.

— Рассказывай, что ли, — предложил Василий, принявшись острием метательного ножа чистить ногти.

— Ч-что рас-сказ-зывать?

— Все рассказывай. О том, у кого сколько денег взял, зачем сюда с ними полез, чего с шаманами орков не поделил. В общем, кайся, грешник, а то… нет, не убью, Пидраэлю отдам, — Василий кивнул на Лариэля, который помогал Эмансиэль успокоить Ло.

Видимо, тот почувствовал взгляд или, что вероятней, услышал обидное прозвище, и, развернувшись с надутыми губками, высказал свое веское фи. Взглядом. Что уж в этом взгляде увидел Блохастый — только ему и известно, но заговорил он сразу и был весьма многословен.