Глава 6
Утро, началось с побудки, от которой Василий чуть прямо в койке не оконфузился. Не привычен он оказался к звуку горна над ухом, вот и занервничал. Вскочил, в одеяле запутался, упал, и в целом повел себя странно. Во всяком случае с точки зрения Карнагири.
— Васа, ты чэго?
— В сортир спешу, — ответил Василий, уже понявший что к чему.
— А пачэму ползком? — удивился Карнагири.
— Чтобы помедленнее, — сказал Василий.
— Ндэ… — растерялся Карнагири, пытаясь осмыслить услышанное и хоть как-то объяснить самому себе логику «спешить помедленнее».
Впрочем, долго морщить лоб ему не пришлось. Дверь в комнату-кубрик распахнулась от могучего пинка снаружи, ударилась о косяк, и перед обалдевшими товарищами предстал Трепалый. Правда, теперь он оказался с протезом типа «клешня-боевая размеров монструозных» на месте руки и вполне целой ногой. Во всяком случае, если бы Василий не видел Трепалого раньше, он бы ни в жизнь не догадался о протезе, так как ноги гостя смотрелись совершенно идентично, будучи укрыты металлом брони. Разумеется, тянуть с пожеланием доброго утра гость не стал.
— Подъем! — рявкнул Трепалый. — Пять минут на приведение себя в порядок, заправку коек и сборы. Время пошло. Бегом!!!
Хорошо поставленный командный голос, да еще, по-видимому, приправленный каким-то скилом, возымел чудодейственный эффект.
— Живо на выход! — проорал Трепалый из коридора, и новобранцы дружно выскочили за дверь, чудом протиснувшись в нее одновременно.
«Не понял, а как же моя устойчивость к ментальным воздействиям?» — подумал Василий, вытягиваясь в струнку. «Это не магия, а скорее харизма командира, помноженная на опыт», — пояснил демон.
— За мной, на выход, бегом марш! — рявкнул Трепалый и мало что соображающие новобранцы побежали за ним раньше, чем успели осознать приказ.
Выскочив из здания гильдии, новички, нестройной толпой, пронеслись до окраины города, где их передали на попечительство другому ветерану. В отличие от Трепалого десятник Рув имел полный комплект конечностей и оказался лет на десять моложе.
— Что за беременные жабы, — презрительно скривился он, осматривая кривой строй новобранцев.
Одернув кожаную броню с металлическими нашлепками, Рув заложил руки за спину и, покачавшись с пятки на носок, тяжело вздохнул посмотрев на небо, словно вопрошая богов за несправедливую судьбу.
— Так, гомодрилы криворогие, вы все безмозглые мальки, с чего-то возомнившие себя достойными зваться воинами. Будь моя воля, я бы вас, псов шелудивых, и близко к оружию не подпустил, пинками прогнав обратно крутить хвосты коровам, но мне поручено сделать из вас, слизняки, подобие наемника. Поэтому, либо вы хоть чему-то научитесь, либо сдохните. Все ясно, мясо отмороженное⁈