— Хватэт этого? — прекратил уничтожать кусты Карнагири.

— Мало, надо еще, костер должен гореть постоянно и быть достаточно жарким, чтобы быстро сжигать вот такой пучок, — Блохастый продемонстрировал нечто вроде уменьшенного раза в три веника.

— Фелих, помогай давай, — крикнула от калитки Ло, притащившая вязанку дров.

— Иду, — ответил тот, прекращая разламывать выращенный Лариэлем походный дом.

Тут над городом пронесся звук взрыва. Василий машинально посмотрел в сторону зарева над воротами и выматерился. Радужная пленка исчезла. «Стационарный щит пробили, хорошо подготовились. Не отвлекайся, работай», — прорычал демон.

— Я к воротам, все равно от меня тут толку нет, — крикнула Эмансиэль, побежав к калитке.

— Стой, поймал ее за руку Василий.

— Что? Думаешь, я не справлюсь? Считаешь, что только хреноносцы могут вевать? Да…

— Будь осторожна. Пожалуйста, — перебил ее Василий и отпустил.

— Э… ладно, — растеряла запал Эмансиэль.

— Мы тебя любим, — тут же пропела Ло и обрушила на нее поток бафов.

— С-спасибо, — тряхнула головой Эмансиэль и, с разбегу перемахнула через забор.

— Может быть и мне к воротам сбегать, помо…

— Нет, ты будешь восстанавливать нам прану, когда у нас закончиться мана, — перебил Лариэля Блохастый.

— Я еще до соседей схожу, товарищи, — предложил Фелих.

— Вамзи у ных тапор, — попросил Карнагири, с насупленным видом рубящий созданный Лариэлем походный дом.

— Тогда сейчас еще один… — начал Лариэль.

— Нет, экономь ману, нам придется сходу в бой вступать, — вновь перебил его Блохастый.

— Я с тобой, — сказала Ло, быстро наколдовав на Лариэля заклинания, ускоряющие восстановление маны.

— Лучше нас бафни и начинайте вместе с ушастым пучки трав вязать, — остановил ее Василий.

— Правильно, давно начинать пора, — кивнул Блохастый и поджег «Искрой» сложенные шалашиком костры.

— Фелих, Кар, на вас поддержание огня. Ло, Лариэль, на вас травы, — приказал Василий, берясь за бубен.

— Дыши дымом, слушай мир и свой ритм, следуй ему, лети вместе с ним, растворись в нем и попадешь в приграничье, — заговорил Блохастый. — Когда соберутся духи, пусти их в себя, сожми в единую силу, напитай маной и праной, взгляни на мир их глазами и направь.

— Постараюсь, — сказал Василий, принявшись постукивать по бубну.

— Не надо думать, не сейчас, ты шаман, Верховный шаман, доверься инстинктам, думать будешь потом, когда станешь воплощением.

Дав это напутствие, Блохастый бросил в разгоревшийся огонь пучок шаманских трав, тут же сунул лицо в поваливший дым и сделал хороший вдох. «Ужас, я же от такого помру», — испугался Василий.