Пока Василий пробирался сквозь ловкушки и обходил посты орков, а Эмансиэль согласовывала с бургомистром пункты договора, Ло действовала. Сделав в кратчайшие сроки максимум возможного, и оценив свой скорее раздетый, чем одетый вид, она осталась довольна. «Теперь меня ничто не остановит. Я покажу вам силу любви», — сказала она самой себе, после чего воспользовалась природными возможностями и вышла из тени возле богатого шатра орков.

Замерев, Ло прислушалась к себе и прикусила губу. «Столько боли и страдания. Глупые, глупые разумные. Ну зачем вы воюете друг с другом, когда можно любить друг друга. Ничего, я вас всех научу и объясню. Покажу новый, правильный путь. Избавлю от страданий!» — подумала она и, воодушевившись собственными мыслями, принялась выбирать первого счастливчика. «Да, пожалуй это будет он», — решила Ло, чутье которой подсказывало, что в жалких метрах от нее находится могучий шаман, испытавший много боли.

Взмах рукой, и незаметный в тени «Когть крови» бесшумно разрезает войлочную стену шатра. Шаг, второй, и Ло уже внутри. Полумрак не мешает видеть, скорее создает правильную, интимную атмосферу. «Идеально», — улыбнулась Ло, рассматривая спящего.

Поседевшие до белизны волосы, с вплетенными в них разноцветными нитями, на которых подвешены драгоценные камни накопителей маны. Суровое лицо истинного воина, похожее на маску, сложенную из кирпичей. Дубленая аругом и степными ветрами кожа. Морщинки возле глаз, похожие больше на трещины в иссущенной земле. Чуть приоткрытый рот. Обветренные губы, посеревшие от кровопотери. Сиплое дыхание. Сладко-горький и чуть терпкий аромат целебных трав, пропитавших тугую повязку охватившую грудь.

Орк шевлеьнулся, попытался изменить положение тела, застонал, но не проснулся и вскоре затих, продолжив спать. «Ой, да он же голенький!», — чуть не захлопала в ладошки Ло, увидев выпроставшуюся из-под шкуры ногу. «Ну да, его же Васечка ранил, значит, должны были раздеть, обмыть и перевязать», — покивала она собственным мыслям. «Ой как все удачно!», — подумала Ло, и змейкой принялась забираться в кровать. Тихонько и аккуратно, чтобы не разбудить. «Ого», — оценила она фронт работы, забравшись под одеяло из шкуры, и облизнулась.

* * *

Сизый Дым, шаман племени Красного Аддакса, прожил долгую и спокойную, по меркам орков, жизнь. Рано став воином, он завоевал себе почет, уважение, богатство и дюжину жен. Со временем, одержав победу в трех подряд праздниках весны и луга, он стал признанным Саб’ан’Туом и решил, что, как воин достиг всего. Нормальный орк на этом бы и успокоился, но не таков был Сизый Дым. Приняв новое имя, Сид, он пошел в ученики и, в преклонном возрасте, стал Великим шаманом. Много, где, побывав, много достигнув и повидав, он решил увековечить свое имя и стал инициатором нынешнего похода на Почечуй. Десять долгих лет Сид готовился к этому. Он сумел так прочно связать семейными узами племена Красного Аддакса и Малохитовых Игуан, что в степи их стали чаще называть родом Ками. Но этого Сиду оказалось мало, и он продолжил работать не покладая рук. Создав в итоге прочнейшие связи между родами Ками, Кад и Зэ. Уже одно только это сделало его полулегендарным, практически былинным героем.