— Никуда я не уйду, — ответил он, убирая мои руки, и вновь качнулся вперед, заставив меня опять ощутить свой член. Шевельнулось возбуждение, которое из-за боли в голове пропало. — И будь почтительна со своим альфой.

— Я не хочу, — выдохнула я от еще одного толчка, заставившего меня зажмуриться и заскрипеть зубами.

— Хочешь, — сказал он и добавил: — Не ври мне. От тебя пахнет возбуждением.

— Не злись, омежка, — прошептал мне на ухо Матвей и тоже двинулся чуть вперед, заставив вспомнить о том, что и его член был всё еще во мне.

М-да уж… как же это я умудрилась о нем забыть-то? Он сейчас мою попу растягивает по самое не могу…

— А кто такая омежка? — решила спросить я, лишь бы не потеряться вновь в тумане из похоти, который надвигался на мою дурную голову.

— Ты — омежка, — ответил Тимофей и тоже чуть качнулся вперед, сжав пальцами моё бедро, которое находилось сейчас на его талии.

И когда я успела свою ногу туда закинуть?

Или она там и лежала до этого?

— Что это значит? — спросила я, прилагая просто невероятно титанические усилия из-за чертового желания, потому что на гордость уповать не приходилось.

Кажется, я её где-то посеяла. Знать бы еще где?

— Омеги — самые слабые члены стаи, — ответил один из мужчин, но я уже не понимала, кто именно.

— Какой еще стаи? — заплетающимся языком спросила я и вновь охнула, потому что на этот раз двинулся Матвей.

— Любой, — ответил мужчина и куснул меня за основание позвоночника, отчего я вскрикнула и, кажется, окончательно поплыла.

— Но я не в стае, — вяло запротестовала я.

— Ты неучтенная волчица.

— Я человек, — всхлипнула я очень громко, но это помогло мне хоть чуть-чуть сконцентрироваться.

— В твоей крови нашли ген омеги, — продолжил объяснять Тимофей.

— Что? — не поняла я, о чем вообще речь.

— Кто-то из твоих очень дальних предков был волком. Но потом кровь разбавилась до почти человеческой. Ты была в Системе, сдала анализы, и у тебя нашли ген омеги.

— Система? — пришла я в себя на несколько мгновений, пытаясь переварить полученную информацию.

Только мужчины, как назло, усилили свои толчки. А Тимофей еще и положил руку мне на шею, слега сжав её. И мне вновь пришлось обо всем забыть, пока я окончательно не вознеслась куда-то в высоту от очередного оргазма и не заорала так громко, что оглушила саму себя.

Матвей с Тимофеем догнали меня и тоже кончили почти сразу, продлевая и мой оргазм.

Силы выбраться из мужских крепких объятий у меня появились лишь минут через пять. Хотя они оба так и не спешили из меня выходить.

Но я всё же сделала это, сама смогла братьев растолкать, и они отодвинулись от меня, освободив.