— Вау, вы такие крутые! Я вас обожаю! И я так рада, что именно вы стали моими альфами.
Я мысленно скривилась от подобной лести и подумала, что мужчины тоже так сделают, но, что удивительно, оба альфы, наоборот, искренне заулыбались и даже приосанились.
А Матвей сказал:
— Детка, клянусь, что ты никогда не пожалеешь, что стала нашей омегой. Мы сделаем всё, чтобы тебе и нашим детям было хорошо. И вы были в безопасности.
И говорил он эти слова на полном серьезе, вкладывая в них всю свою нежность и любовь ко мне.
Я и сама не поняла, как расплылась в счастливой улыбке. Уже хотела потянуться и поцеловать мужчину, он сидел на первом пассажирском сиденье, как случилось то, чего мы все меньше всего ожидали.
Сначала почему-то грозно зарычал Тимофей, и омега внутри меня заскулила от ужаса, а затем был сильнейший удар, отчего машину тряхнуло, а затем и вовсе перевернуло на бок, еще и протащило несколько метров по асфальту.
Глава 16
А затем я услышала сдвоенный рёв. Мои мужчины обратились в громадных волков. А вот моя волчица была слишком напугана, чтобы вылезать из своей, точнее, моей шкуры, и, наоборот, куда-то спряталась от ужаса, поскуливая на задворках моего разума.
Поэтому мне пришлось брать себя в руки, вспоминать, что я как-никак не слабачка, а инструктор по рукопашке, и пытаться вылезти самостоятельно, потому что Усольцевы куда-то исчезли из машины. Судя по звукам, доносящимся снаружи, они рванули уничтожать врагов.
И это хорошо, пусть уничтожают.
Плохо то, что я слышала громкие хлопки… Но об этом я подумаю позже.
Оставаться в машине мне совершенно не хотелось, не дай бог она взорвется. Запах бензина чувствовался очень остро. Одна искра, и я могу превратиться в живой факел.
Эта мысль меня подтолкнула, и я уже быстрее заёрзала.
К сожалению, мой ремень застрял, а мне, что удивительно, хватило сил с корнем выдрать его и освободить своё тело, а затем и ноги, которые были прижаты передним сиденьем. Его я просто отодвинула, толкнув руками.
А вот дальше я осознала, что обе мои ноги сломаны. И, видимо, из-за шока боли я не ощущала. К тому же переломы были открытыми, и этот факт меня поверг в ужас. Увидев свои белые кости и слишком большое количество крови, я потеряла сознание.
А очнулась, ощутив, как меня кто-то поднял за шкирку, встряхнув, как щенка, и рявкнул незнакомым мужским голосом:
— А ну, очнись! Я же чувствую, что ты пришла уже в себя.
Я открыла глаза и увидела перед собой бородатого мужика. На вид ему было лет сорок, а может, и больше. Слишком глубокие морщины избороздили его лоб. Да и взгляд у него был под стать. Такой же… не знаю, древний, что ли? А еще у него были просто огромные плечи, да и рост немаленький. Я мельком глянула вниз и поняла, что если он меня отпустит, то лететь мне не меньше метра точно. И черты лица рубленые. Совсем не привлекательные. Скорее устрашающие.