Мужчины же явно ждали от меня каких-то действий, поэтому притихли.

Открыла глаза и, стараясь делать вид, что смирилась, спросила:

— Вы меня кормить будете или мне самой озаботиться пропитанием?

— Конечно, будем, — уверенно кивнул Матвей и добавил: — Ты как, тебе уже лучше?

— Твоими стараниями, — растянула я губы в саркастичной улыбке и тут же прикусила себе язык.

Я же не хотела больше ссориться, но заметила, что мужчина уже весь напрягся, словно пытаясь сдержать себя. Но из его рта всё равно донеслось глухое рычание, от которого у меня волоски встали дыбом на всем теле.

— Маша, ты по тонкому льду ходишь, — ответил Тимофей, отталкивая в сторону своего брата. — Почему ты не понимаешь, что надо сбавить свой тон? Ты не видишь, что ли, как влияешь на нас своим неповиновением?

Из-за очередной порции страха я опять разозлилась. Меня всю жизнь учили отодвигать страх в сторону и защищаться, а еще лучше — нападать.

И теперь они предлагают мне вот так просто переучиваться?

— По-моему, вы просто оба садисты и любите делать больно женщинам! — всё же не удержалась и высказалась я, упрямо посмотрев в глаза Тимофею.

Но тут же их отвела, заметив в них нездоровый блеск.

Мужчина отпрянул от меня, как от прокаженной, и оказался в другом конце комнаты, при этом усердно тряс головой, будто я что-то пшикнула ему в глаза.

А у меня в голове возникла «гениальная идея».

Я вспомнила, чем можно отпугнуть волка. Перцовый баллончик!

Осталось только его где-то найти…

Но, может быть, и сам перец подойдет?

Я села и внимательно посмотрела на обоих мужчин.

Матвей поджал свои губы и, отвернувшись, тихо сказал:

— Я на кухню — пойду подогрею обед, жду всех через десять минут.

И ушел прямо так… в чем мать родила.

А Тимофей молча удалился в ванную.

— Вот и поговорили, — пробормотала я себе под нос, понимая, что ничего не понимаю, но уже вроде не так сильно злюсь, и то хлеб.

Встав с кровати, я отправилась вниз — искать выход.

Оставаться в этом доме я не намерена.

Но стоило мне спуститься на первый этаж, как передо мной, словно стена, вырос Матвей, уже успевший натянуть черные домашние шорты, и очень странным голосом произнес:

— Из дома выходить без разрешения моего или Тимофея запрещено.

А затем так же быстро исчез.

Я проморгалась, с ужасом понимая, насколько же быстро они передвигаются. Я только лишь тень увидела, и всё.

Настроение как-то сразу испортилось.

Противостоять таким быстрым существам нереально.

Вот почему люди их так боятся. Раньше я почему-то об этом не задумывалась, жила и жила себе спокойно, а теперь вот на собственной шкуре выяснила, в чем наши отличия.