Женщина наконец посмотрела на меня. В ее карих глазах читалось плохо скрываемое удивление.

— Это же Епиходов? Тот самый Епиходов, который…

— Да-да, он самый. — Эльвира улыбнулась еще шире. — Поверьте, мы тоже удивлены не меньше вашего.

— Сергей Николаевич Епиходов. — Я протянул руку, решив перехватить инициативу. — Временно переведен в неотложку.

— Диана Шарипова, операционная сестра. — Она осторожно пожала мою руку, все еще с недоверием глядя в глаза. — Надеюсь, диагноз верный, — скептически приподняла она бровь. — А то операционную уже готовят.

— Диагноз подтвержден УЗИ и анализами, — ответил я спокойно. — А еще доктором Зариповым лично.

Она кивнула, но в ее взгляде явно читалось «поживем — увидим».

— В таком случае не смею вас задерживать. — Она развернулась к Эльвире. — Идем, нужно еще кое-что уточнить по оборудованию.

Они удалились, о чем-то тихо переговариваясь, а я остался стоять в коридоре, размышляя о том, как много еще людей в этой больнице считают меня — вернее, прежнего владельца этого тела — некомпетентным врачом.

Мои размышления прервала пожилая женщина в темно-синем халате и шапочке. Она активно орудовала шваброй, с усилием подтаскивая за собой увесистое ведро с водой. И уже через какую-то секунду оказалась рядом со мной:

— Мешаешь, — неприязненно проворчала она. — Уйди отседова!

— Извините, — искренне сказал я и предложил, кивнув на ведро: — Давайте помогу вынести воду? Куда нести?

— Туды! — Она недоверчиво ткнула пальцем по направлению к санузлу, но от внезапной помощи отказываться не стала.

Я легко подхватил немаленькое ведро с грязной водой и понес выливать. Сердце застучало быстрее, я задышал чаще, но виду не подал. Суровая женщина посеменила следом.

— Спасибо, — свирепо буркнула она, когда я поставил пустое ведро на пол, и тотчас же схватила его в руки, словно опасаясь, что я могу на него покуситься и забрать себе.

Но у меня и в мыслях подобного не было. Чтобы развенчать ее подозрения, растянул губы в доброй улыбке и сказал:

— Меня Сергей зовут. Епиходов Сергей Николаевич. Буду тут у вас работать.

— А я — тетя Нина, — буркнула она в ответ.

— А по отчеству?

— Просто тетя Нина. — Слабая усмешка скользнула по морщинистым губам, и лицо стало еще больше похоже на печеное яблочко. — Молодая я еще, чтобы меня по отчеству мужики называли…

Я тихо засмеялся.

— А ты, значится, и есть тот самый Епиходов? — вдруг спросила она и прищурилась.

— Тот самый? — прищурился я.

— Агась, — проворчала она. — Все только о тебе и говорят.

— Видимо, знаменитость, — вздохнул я.

— Агась, — кивнула тетя Нина и вдруг хихикнула. — Как этот… который Джимми, Джимми, ача, ача…