— Понимаю я. Нине бы кто объяснил?

— А бесполезно объяснять, ведь вы уже старались. Она большинству людей не верит. А верит своему мальчику, и тому, кто её использует. Вы могли бы не приходить, и не утруждать себя. Очевидно, что вы человек способный к принятию правильных решений. И это вас характеризует с положительной стороны. Но оценить положительно, что вы не в состоянии приструнить собственную жену — никак невозможно. Уж, извините великодушно.

— Хорошо. Я понял достаточно, и наверно пойду.

— Постойте Иван Кириллович. Мы заговорились, и мама забыла даже вас чаем угостить, даже неудобно так отпускать гостя.

— Нет, благодарю. Мне наверно надо идти и хорошо обдумать всё сказанное. Что же, благодарю за оказанный прием, и ещё раз примите мои искренние извинения. Пожалуй, я узнал нечто новое о своей жене, и думаю над этим надо тщательно подумать.

Иван Кириллович встал и с достоинством направился к входной двери.

Кода Верочка проводила его и выпустила из квартиры, бабуля нахмурилась и спросила.

— Было обязательно высечь его перед уходом. Я ведь росла в учительской семье и четко это отметила. Так обычно учитель ставит на место двоечника не выучившего урок.

— Бабуля, а вот надоели мне эти большие руководители, что берутся управлять огромной страной, а своих домашних не могут поставить на место, позволяя им совершать разные глупости, а зачастую и потакая их требованиям. Вот и вырастают такие деточки, воспитанные такими неадекватными мамашами. А он ещё и колеблется: лечить — не лечить. А она продолжит разносить всё на своём пути. Её ему жалко, а тех, кто пострадает от её действий, и себя самого не жалко?

— С этим не поспоришь. Но…

— А ты не проецируй это на нашу ситуацию, ты же берегов никогда не теряла, и поступаешь не просто разумно, а мудро. Такого человека и послушаться не грех. А вот по поводу неконтролируемой дамочки мне придётся звонить.

Я позвонил по оставленному Виктором Петровичем номеру, и через некоторое время он сам перезвонил. Чувствовалось, что он чем-то сильно занят. Я извинился и сказал, что могу подождать, пока он завершит текущее дело.

— Рассказывай, тут ещё очень много завершать.

— Тогда, вы точно не обрадуетесь ещё одной проблеме. Вчера к нам заходила одна дама, жена министра, с обвинениями всех и вся. Нас обвинила во всех смертных грехах, мужа в доверчивости, что поверил нашим словам. Вашу контору в стремлении быстро закрыть следствие, и потому выславших несчастных мальчиков в эту ужасную армию. Обещала нам страшные кары и что обратится к супруге самого, чтобы та ей посодействовала в поисках справедливости.