Честно говоря, никак не вспомню, что произошло после нашей попойки с баронессой. Точнее, как оказалась в своем номере и легла спать. Почему-то еще и не переоделась, даже подвязки и те не сняла.

— Наверное устала, — посмотрела на себя в зеркало и буркнула: — Ну и личико!

Косметика размазалась, волосы, что то воронье гнездо, под глазами мешки. Скорее всего это из-за нервов и усталости. Так решила, а потом взгляд зацепился за бритвенные принадлежности. Медленно осмотрелась и прижала ладонь ко рту. Я в чужом номере, его точно снимает мужчина!

— Боги, — прошептала и к себе прислушалась.

На миг даже головная боль прошла, но в горле еще суше стало. Но, нет, ни с кем не переспала и это обрадовало. Хотя, меня не раз во дворце императора подпаивали, но в койку ни к кому не прыгала, даже одурманенная себя контролировала. Правда, почти все зелья на меня не действовали, а если такое и случалось, то за мою честь сражался источник.

— И что же случилось? — спросила себя, подавив первый порыв броситься бежать.

Воспоминания проявляются этакими обрывочными картинками. Чем их больше, тем краснее становлюсь и даже дрожать начинаю, но уже не от холода, а стыда.

— Чуть не убила Айлексиса, — шепчу, смотря на себя в зеркало, а потом и вовсе вижу, как собственные зрачки расширяются.

Это всплыл в памяти тот момент, когда пыталась графа соблазнить. Захотелось побиться лбом о стену. Остановило только то, что получу синяки и тогда каждый начнет указывать пальцем и за спиной шептаться.

— Так, а что еще произошло? — спросила саму себя, выходя из ванной комнаты, так и не приведя себя в порядок.

К моей радости, то ли ничего не было, то ли отключилась. Ну, мои возмущения Айлексисом и то что его обвиняла — не считаю чем-то из ряда вон выходящим. Давно ему об этом хотела сказать.

— Но я же не согласилась стать его женой? — задумчиво спросила вслух.

Вроде бы, нет, но не уверена. Стоп! Я же заявила, что почти его супруга, после чего его облапила! Получается, признала право Журбера за меня принять решение. Но граф же не делал предложения руки и сердца. Этот бесчувственный чурбан промолчал и даже оловянного колечка, — посмотрела на свои пальцы, — не соизволил подарить. Нет, он не только не высказал должного уважения, не извинился, но и вообще никак свое отношение к планам Журбера не высказал. Точнее, вроде бы даже против был.

— Пренебрег? Не захотел даже заключить фиктивный брак? — задалась вопросом и прикрыла глаза от стыда.

Получается, я-то возмущалась, когда бывший глава тайной канцелярии выдвинул план по взятию власти в империи, а выпив сразу с ним согласилась. Еще и на шею графу вешалась. Интересно, а почему моя магия промолчала? Что с ней-то не так? Наскоро оделась, но куда подевался второй сапожок — ума не приложу, все обыскала! Не мог же его Айлексис забрать. Подумав, решилась покинуть номер босиком, держа сапог в руке.