Женщина чуть за тридцать, с русыми волосами, собранными в узел и несколько излишней стройностью, которая так неосторожно высказалась о стенгазете. Погоны старшего сержанта — похоже, отдел работы по делам с несовершеннолетними.

Ещё один мужчина возрастом тоже чуть за тридцать, с погонами прапорщика, высоким ростом и чрезвычайно мускулистым телосложением.

— Товарищ Катыбаев, — кивнул Петров в сторону шорца.

Катыбаев? И в самом деле шорец.

— Женис, — кивнул тот.

— Борис Волков, — сам представился крепкий мужчина.

— Лера, — поморщившись, сказала новая художница.

— Вот и отлично, — кивнул Петров. — Главного культуролога я уже назначил, теперь следует назначить председателя Комитета.

При слове «главный культуролог» женщина снова поморщилась, а мы с Егором посмотрели на Анну, та развела руками и чуть заметно покачала головой. Я глянул на Егора, но тот лишь поднял глаза, показывая, что дел у того и так по горло.

— Председателем будет Ветров, — тут же указал на меня Петров.

— Эм?

— Что «эм»? У тебя медали на груди висят? Нагрудный знак есть? Погоны потяжелели — значит, обязан.

— Так точно, — бодро отрапортовал я, соглашаясь с начальственным указанием. — Служу МВД.

Егор вздохнул с облегчением, а Анна посмотрела на меня даже с какой-то гордостью.

— Так, у вас есть пять минут… нет, минута, чтобы распределить между собой остальные должности.

— Пожалуй, я займусь секретарской деятельностью, — тут же вставила Аня. — Буду заниматься подготовкой, организацией мероприятий и такого прочего.

— Я больше всего работал с архивами, — тут сказал Женис. — Этим же и займусь.

— Тогда я второй секретарь, — подключился Егор. — Буду составлять отчёты по форме и прочее.

Остался только Борис. Возникла пауза.

— А ты будешь ответственным по работе со школьниками, — прервал паузу Петров. — Всё. О дате вашего собрания я скажу дополнительно.

Мы вышли от Петрова, морщась и кривясь, и ещё пару минут обменивались номерами. Теперь от моего времени, которого и так нет, можно вычесть ещё и беседы со школьниками и студентами. Зашибись.

Мы разошлись по своим отделам, нам с Егором оказалось идти ближе всех.

— Чего сам не стал Председателем? — спросил я Егора.

— Я и так аж четыре раза председатель! — закатил глаза Егор. — Днём работаю на работе, как и полагается сознательному аристократу, а вечером вникаю в дела рода и разгребаю семейный бизнес. Ты не представляешь, сколько всего приходится делать.

— Обвинения с тебя хоть сняли по наркомании?

— Сняли и доказали, — кивнул Егор. — А на следующей неделе в СМИ выйдет репортаж о наших с тобой действиях при прорыве чернокнижников, и о том, как мы были награждены орденами Героя РФ. Но знаешь, если банки замораживают счета, то на определённый период, и досрочно многие мои счета нельзя будет открыть. Да и СМИ ещё даже статью не сделали и материал не отсняли. Ничего — придут ещё и с Петровым говорить, и со всеми.