— Что⁈ — лицо Лейпниша вытянулось, глаза расширились. — Па-па и брат тут?

— Алия решила с нами сотрудничать, — кивнул, наблюдая, как паучки бесшумно скользят по стенам. — Мы её мать вызволим, и она снова будет свободным человеком. Даже предложила служить мне. Представляешь?

— Как? — прошептал мужик севшим голосом.

— Исключительно дипломатия и вежливость, — улыбнулся, вспоминая ужас в глазах девушки. — Ты только дыши. Я придумаю, как нам спасти твоих близких. Пока занимайся нашими делами.

— Господин! — Витас рухнул на колени, его плечи дрожали.

— Охотники нам нужны, — потянул вверх за плечо. — И хватит постоянно падать передо мной. Чувствую себя неловко в такие моменты.

Лейпниш застыл соляным столбом, когда я направился к дому. Мысли уже путались от усталости.

Служба безопасности империи никуда не делась. Стоят, как верные псы. Молодцы! Пусть охраняют мои земли и людей.

В особняке меня встретили слуги. Первым, конечно, появился Жора — его глаза мгновенно оценили моё состояние. Одного взгляда хватило, чтобы позвать подмогу. Я вцепился в двоих парней, и они потащили меня наверх.

В голове крутились блаженные картины: горячая ванна, от которой поднимается пар, сытный ужин, а потом мягкая постель. Спокойный, безмятежный сон… Что ещё нужно для счастья? Пришлось слегка преувеличить слабость, чтобы мои невидимые друзья-пауки незаметно проскользнули в дом.

Пока не решил, где их разместить. Часть можно оставить в комнате, других — за дверью, а остальных расставить по особняку. Удобно, что эти твари умеют ползать по стенам и потолку, словно тени. Их бесшумность стала приятным сюрпризом.

Жора, похоже, что-то почувствовал. Но моё «ухудшившееся» состояние отвлекло его внимание.

— Еды… — повернул я голову, борясь с настоящей, ненаигранной усталостью. — Ванну горячую. И загляни ко мне потом, кое-что тебе расскажу.

— Как прикажете, господин.

Многоглазые помощники передали сигнал опасности. Я замер, медленно повернулся к двери. Неужели мне не дадут сегодня отдохнуть? По ту сторону слышались взволнованные голоса.

Жора метнулся наружу и тут же вернулся. Я же невольно задумался. А сколько ему лет? На безэмоциональном лице ни морщинки, только проседь в волосах выдаёт возраст. Тряхнул головой, прогоняя ненужные мысли.

— Господин, — слуга поклонился. — С вами очень хочет поговорить лейтенант Горбачёв. Сказал, что это важно и в ваших интересах.

— Ванну, еду, — повторил, соскальзывая с поддержки слуг.

Сам доковылял до двери, открыл. Охрана не пропускала Горбачёва — бледного, с перебинтованной рукой. В его глазах плескались паника и страх.