Сорок лет я был двойником короля. Сорок лет жил, как марионетка. Меня дёргал за ниточки Совет аристократов. И теперь, когда жизнь наконец-то принадлежит только мне, чего я ещё могу желать?

Чему меня учили с детства? Управлять, вести за собой, быть королём. Это всё, что я умею и знаю. Так что желание вполне себе логичное. Стать тем, кем никогда не был на самом деле, но кого всегда играл. Почему бы и нет?..

Понятное дело, говорить я этого не стал. Еще запишут в дураки, и сделка наша сорвётся.

— Чего ты хочешь? — медленно повторил вопрос глава рода.

В его голосе прозвучала лёгкая насмешка, будто я сейчас шоколадку и игрушки закажу. А рожа какая довольная… Думаешь, поймал меня на крючок?

Ещё и корчит из себя интригана. Вот только он не годится и в подмётки одному китайскому стратегу, даже на ноготь его мизинца.

Хер Сунь Вон — вот кто был настоящим мастером интриг. Этот древний лис выпил у меня столько крови. Я до сих пор иногда вздрагиваю, вспоминая его. Китайский противник придумал и организовал против меня более пятидесяти покушений. Каждое — новый шедевр изощрённой мысли.

— Ресурсы для развития, — ответил я, загибая один палец за другим. — Мне никто не указывает, как жить и что делать. Полная свобода. Фамилия Магинский останется со мной навсегда.

Я сделал паузу и посмотрел на старика. Вроде бы не перегнул. Сейчас не время для наглости. Постепенно я сам заберу всё, что мне нужно…

— Со своей стороны постараюсь, чтобы о фамилии Магинских услышали во всей империи, — а про себя добавил: «И не только в этой». — Ну и мимоходом разберусь с землями, которые у вас забрали.

Глава рода прищурился, его глаза блеснули. Он откинулся на кресле и сложил пальцы перед собой. Я услышал, как старик ими захрустел. Задумался?

— Настолько в себе уверен? — спросил Магинский, глядя на меня. — Ты думаешь, что Зубаровы так просто отдадут наши земли? Или убийство твоей семьи было случайностью?

Мой взгляд на мгновение остыл, стал ледяным. Я хорошо понимал, что такое случайности. И точно знал: за ними всегда кто-то стоит.

— Скажем так, я очень заинтересован в нашем общем успехе, — ответил и пропустил мимо ушей угрозу. — Я не привык быть на вторых ролях.

Слуга, который всё это время стоял в тени, хмыкнул, задрал голову. Его рожа с разбитым носом выражала неприкрытое презрение.

— Ты безземельный барон, — открыл он свой рот. — А теперь ещё и без семьи. О чём ты вообще говоришь?

Я поднял бровь.

— А нам обязательно слушать его мнение? — лениво кивнул в сторону лакея.

— Встань, — приказал глава рода, поднимаясь сам.