А теперь что⁈ Похоже, мне ещё и благодарить придётся.

Ещё раз осматриваю себя в зеркале и понимаю, что даже мейк не пострадал.

— Дьявол!

Не сказать, что я не испугалась. Ещё как напугалась. Меня не первый раз похищают, но в основном это было в детстве и обычно ко мне относились хорошо. Ну или всегда обещали, что не тронут, главное, чтоб я себя хорошо вела и сидела тихо. Им нужен был отец, а не я. А вот смертью мне первые угрожали. Было понятно, что они бы меня убили. Странно, что он не сделал это прямо на празднике. Вот тогда мексиканцы бы напугали остальных, ну и показали бы Джинну, чего они стоят. Но они меня куда-то везли.

Куда?

Джинн сказал имя. Напрягаю память. Всё смутно, но все же вспышки просветления есть. Анхель вроде. Не знаю никого с таким именем. А главаря мексиканцев зовут Хосе. Точно не Анхель.

Сейчас сильно жалею, что не вникала в тонкости нашего криминального мира. Я всегда была как бы в нём и вне его, одновременно.

— А ты, оказывается, по утрам бываешь не в духе.

О, НЕТ! Только не говорите мне, что за моими психованными метаниями наблюдал этот человек.

Медленно разворачиваюсь и вижу возле окна, на моём маленьком диванчике для чтения, вальяжно сидит та самая мощная и тёмная фигура.

Чёрт, чёрт, чёрт! Как я могла его не заметить? И что он делает в моей спальне?

Скрещиваю руки на груди и понимаю, что готова весь свой гнев вывалить на него. Но нельзя! Мина, он нужен. Братья тебе потом этого не простят. Семья не простит. Отец тоже…он бы тоже поборолся вначале за семью и возрождение Россо.

Шумно выдыхаю, кажется, я похожа на быка, что сейчас на арене, перед которым потрясли красной тряпкой.

Не выдерживаю и кидаю в него подушку, что схватила от безысходности куда-нибудь деть свою энергию.

Он ловко её ловит и прижимает к себе.

— Какого чёрта, ты здесь делаешь? Это моя спальня!

Да простят меня братья, я всё же не выдерживаю. Но это и правда самое безобидное, что я смогла выдавить из себя.

После моих слов, атмосфера в спальне резко нагревается до критической температуры. Кажется, воздух становится горячим и с каждым вздохом обжигает лёгкие.

Мощная фигура Джинна оживает. Убирает подушку и встаёт. За два размашистых шага преодолевает расстояние между нами. Боже, какой же он огромный!

Инстинктивно делаю два шага назад и упираюсь в зеркало, перед котором, искала любую причину, на которую, можно было бы обидеться.

И смотря сейчас в эти небесно-голубые глаза, понимаю. У меня не было шансов. Он бы даже не позволил бы губы надуть.

Чем он ближе, тем сильней меня раздирает в клочья. Я готова покусать его и одновременно забиться в угол. Его массивная фигура давит на меня. Как огромная плита, в несколько тонн. Под ней невозможно ни вдохнуть, ни выдохнуть. Боюсь, он меня так буквально раздавит.