— Я не выйду замуж! Не положу свою жизнь ради ВАШЕГО бизнеса!
Гневно бегаю от шкафа до чемодана, задевая больно локтями двери. Но мне плевать. Физическая боль — это меньшее, о чём я думаю.
Боль моральная, сейчас разрывает меня части и дерёт на мелкие куски. Как шакалы решили поживиться. И так оно и есть. Моя семья, оказывается, и есть те самые гиены. Решили меня в жертву принести, ради высокой цели. Ради всей семьи, я должна себя чуть ли не продать. То есть, они будут жить дальше как ни в чём не бывало. Получат деньги, связи, поддержку. Им шиковать только останется. А ещё и с мексиканцами справятся на раз два. А ты, Мина, пожертвуй своим счастьем, телом, планами и вообще жизнью ради нас.
— Ой, нашла трагедию, — скривила лицо тётя Кира, — Он первый месяц с тобой в постели поваляется, да и забудет. А ты дальше жить будешь как в шоколаде. Ещё и нос воротит. Избалованная, наглая девчонка.
Вот это заявочка от неё прилетела. Раньше не смела мне такое сказать, особенно при дедушке, но учитывая, как она растягивала слова, то это она ещё их подбирала. И опять же из-за присутствия дедушки и братьев.
И не только от неё прозвучали «тёплые» слова в мой адрес. И как итог, добились от меня ответной реакции.
— Мина, прекрати! — Хватает меня за плечи Ринат. Он пошёл за мной сразу, после того, когда я выплеснула своё негодование на дедушку, обозвала нашу семейку стервятниками и послала всех на хер, выбежав за дверь. Как ещё эта самая дверь ему по лицу не заехала.
— Ты! Знал! — вот теперь мне становится понятно, почему он был таким взволнованным и загадочным. И все эти намёки… Ещё один стервятник.
— Нет! — кричит прямо мне в лицо. Тоже нервы на пределе. Смотрим пару минут друг на друга с дикой злостью. А потом я обмякаю в его руках. Ринат тут же меня подхватывает и обнимает.
— Не знал. Но догадывался, — говорит мне и начинает гладить по волосам. — Я очень боялся, что дед согласится.
— Но я не понимаю, — шмыгаю носом. Успеваю даже всплакнуть, эмоции душат. Хочу взорвать всё к чертям, и одновременно мне кажется, что меня предали, а боль заставляет спрятаться. Забиться в угол и пореветь. Меня душит негодование, но больше всего я ощущаю себя беспомощной и слабой. А этого ненавижу в себе еще сильней.
Глава 4 Правда
Отстраняюсь и смотрю уже прямо на Рината.
— Почему этот Джинн согласился? Зачем я ему сдалась? Ведь насколько я слышала, он ещё достаточно молод, вроде даже кто-то говорил, что красив. Не думаю, что у него есть проблемы с девушками. Зачем ему узы брака? Ещё и такие невыгодные? — вытираю тыльной стороной ладони нос. Да, вот такая я неряха. Могу и такое вытворить. Пытаюсь напрячь память. Может, я видела где-то этого Джинна. Как он выглядит? У меня стойкое ощущение, что я его видела или, может, в новостные газеты и соцсети демонстрировали его фото. Но я так редко интересовалась нашей криминальной сферой, что не одной картинки в голове. Конечно, меня со многими знакомили и меня наверняка знают, но я никогда не старалась их запомнить, потому что рассчитывала, что буду жить другой жизнью и будут другие связи.