— Занят он! — рявкнула регистраторша.

— Я вас не спрашиваю, занят он или свободен. Просто скажите, где я могу его найти, и все, больше от вас ничего не требуется.

Тетка раздраженно вздохнула, с сильном напором выпуская воздух из расширившихся ноздрей, и, понимая, что отделаться от назойливого гада просто так не удастся, соблаговолила-таки уделить ему несколько секунд своего бесценного времени.

— На третий этаж ступайте! В операционной Хигматулин ваш, наверное. Все? Могу я теперь делами заняться?

— Спасибо, — сквозь зубы поблагодарил Стас и под неразборчивое бубнение, доносящееся из окошка, пошел искать лестницу.

Длиннющий коридор третьего этажа, тускло освещенный потрескивающими ртутными лампами, был тих, если не считать стонов, доносящихся с нескольких каталок, примостившихся вдоль стены. Все больные, насколько заметил Стас, были одеты в черную форму с нашивками гвардейцев. Проходя мимо очередной больничной каталки, он почувствовал, как лежащий на ней человек с неестественно вывернутой ступней и разорванным, наспех перебинтованным бедром ухватился за его штанину и потянул на себя.

— Братишка, слышь, ты это… позови кого-нибудь, а. Я ногу не чую уже. Шестой час лежу здесь. Забыли они, падлы, что ли⁈

Стас по инерции сделал еще шаг, и каталка с цепким пациентом покатилась за ним.

— Хорошо, хорошо, я позову.

Но гвардеец не отпускал, он мертвой хваткой впился в штанину и, запрокинув голову, сверлил Стаса умоляющим взглядом, словно не было больше в целом свете человека, способного ему помочь.

— Позову, сказал. Хочешь, чтобы я тебя по коридору волок за собой?

Гвардеец немного успокоился и убрал руку.

— Все нормально будет.

Из двери в противоположном конце коридора выскочила женщина и быстрым шагом направилась в их сторону. Раненый услышал стук подошв по кафельному полу и снова взялся причитать.

— Простите, — обратился Стас, подскочив к щупленькой женщине средних лет, несущей лохмотья разрезанной и окровавленной униформы. — Вы не знаете, где я могу найти Хигматулина Рената Маратовича? Мне в регистратуре подсказали…

— Он в комнате отдыха, — бросила женщина, не останавливаясь.

— А это где?

— Третья дверь налево после приемной.

— Сестра-а-а! — жалобно заныл гвардеец, не удостоившийся и капли внимания. — Нога-а-а!

— Простите, ради бога. — Стас вприпрыжку обогнал женщину и замаячил у нее перед носом. — Тут парень жалуется, что ногу уже не чувствует…

— Не он один, — отрезала та и волевым жестом отодвинула Стаса с дороги. — Не мешайте.

— Извини, мужик, — пожал плечами Стас, проходя мимо раненого.