Кирмиры рубились яростно. Не было в них ни страха, ни колебаний. Только ярость. Холодная, методичная ярость. Они били первыми, не давая опомниться. Били жёстко, целясь в слабые места: горло, пах, подколенные сгибы.

Осколки метрила в их руках светились всё ярче с каждым ударом. Магия проходила через них, усиливалась, концентрировалась. Кирмир замахивался — осколок вспыхивал. Удар и враг отлетал в сторону, обугленный, замороженный, разорванный на части.

Противники пытались держать строй. Бесполезно. Волна кирмиров смяла их, как трава сминается под ногами. Разорвала на части. Кто-то пытался драться — падал. Кто-то пытался бежать — догоняли, рубили в спину.

Я стоял посреди этого безумия, тяжело дыша, не в силах пошевелиться. Смотрел на то, как кирмиры крушат врагов. Смотрел на то, как армия, которая секунду назад собиралась нас убить, разбегается, рассыпается, превращается в толпу испуганных беглецов.

— А мы? — Лок схватил меня за плечо. — Надо поучаствовать, а то припишут себе всё победу.

Я двинулся вперёд, Лок и Торс рядом, Амика впереди. Мы работали быстро, без лишних движений. Добивали тех, кто ещё пытался драться. Помогали кирмирам, прикрывали их там, где враги пытались прорваться.

Торс крикнул «слева», и я развернулся. Противник замахнулся мечом, целясь в голову. Я блокировал, почувствовал удар по рукам. Он ранен, устал. Толкнул его назад, вошёл в открытие, ударил. Меч прошёл в грудь, между рёбер. Выдернул. Он упал, захрипел, затих.

Прорубались через остатки врагов. Кирмиры прикрывали с флангов, не давали окружить. Их было так много, что противники просто не успевали реагировать. Атака шла со всех сторон одновременно, непрерывно. Прибывали новые полурослики, прямо из под земли.

Кровь на земле, лужи, которые растекаются, сливаются в ручьи, стекают в трещины. Магия взрывалась то тут, то там вспышками света: красного, синего, зелёного, белого.

Я добил ещё одного врага. Потом ещё. Потом ещё. Перестал считать давно. Работал на автомате — видеть цель, дойти до неё, ударить, убить. Снова и снова. Эфир иссяк полностью, не осталось даже искры. Тело работало на мышечной памяти, на инстинктах. Удар, блок, удар, шаг, снова удар.

Противник побежал. Кирмиры преследовали. Не давали уйти. Последние стычки затухали постепенно. Крики становились реже. Поле боя постепенно успокаивалось.

Мы выиграли. Мы реально выиграли.

* * *

Я остановился посреди площади, не в силах идти дальше. Лок подошёл, хлопнул меня по плечу.

— Неплохо, Марк. — Голос хриплый, усталый. — Думал, помрём, но нет. Всё-таки фартовый ты. И в проблемы затягиваешь и решаешь их.