Ульрих взмахнул руками, пол вспучился, каменные шипы прорвали доски, вонзились в ноги нападающим. Крики боли. Кровь хлещет, растекается лужами по деревянному полу.

— Сука, мне нравился этот пол! — рявкнул Ворст, формируя водяные пули.

Они зависли в воздухе. Десятки крошечных сфер, похожих на капли дождя. Взмах руки — и они сорвались с места, врезались в цели. Вода под давлением рассекала плоть и кость, не хуже стали.

Ещё один нападающий выскочил из-за двери, вскинул руку. Ударила молния — синяя, яркая. Ульрих едва успел создать каменный щит. Молния разбилась о преграду, разлетелась искрами.

— Маг бури, — процедил стратег. — Редкость для этой терры.

Я уже формировал новое оружие. Эфир струился по рукам, сгущался в лезвия. Два кинжала превратились в тонкие, длинные мечи. Серебристый свет пульсировал вдоль клинков.

Прыжок, разворот, удар. Маг бури едва успел отскочить. Лезвие рассекло воздух там, где мгновение назад была его шея. Он выставил руки — между пальцами заплясали электрические разряды.

— Ха, какая сила в таком маленьком теле! Заберу твой кристалл! — прокричал он, прицеливаясь.

— Исчезни!

Эфирные мечи удлинились, став похожими на плети. Обвились вокруг рук мага, сдавили. Он закричал — тонко, пронзительно. Электричество вокруг его пальцев погасло.

Рванул на себя. Маг полетел ко мне, прямо на подставленное лезвие. Вошло в грудь до рукояти. Глаза распахнулись, рот раскрылся в беззвучном крике.

— Нет у меня кристалла, — сказал в мёртвое лицо и отбросил тело.

Торс разбирался с двумя сразу. Один висел в его руке, болтая ногами, хрипя и синея. Второй атаковал сзади. Громила резко развернулся, используя первого как щит. Меч нападающего вошёл в спину его товарища.

— Мля…

Торс швырнул пронзённое тело в нападавшего. Оба рухнули. Громила прыгнул сверху, сокрушая кости весом своего тела. Глухой хруст, крики боли, перешедшие в бульканье.

Ульрих создал каменные кандалы, сковывая ещё одного. Тот дёргался, пытаясь освободиться.

— Эй, куда, красавчик? — ухмыльнулся стратег, затягивая петли. — У нас ещё разговор не закончен.

Лок расправлялся с остальными. Огненные шары, один за другим. Взрывы, крики, запах горелой плоти. Его новое лицо исказилось в гримасе ярости — так странно видеть знакомые эмоции на незнакомых чертах.

Всё закончилось за минуту. Тишина упала на таверну, нарушаемая только потрескиванием догорающих штор и стонами раненых.

Ворст щёлкнул пальцами — из стен вырвались струи воды, залили пламя. Огонь зашипел, погас.

— Мебель жалко, — буркнул он, оглядывая разгром. — Кто заплатит?