Рёвогрив. Уровень 21. Эволюционный индекс — E.
Под два метра в холке, покрытый густой бурой шерстью. Его массивную спину и передние лапы украшали костные наросты, превращающие зверя в живой таран.
Самое главное — никаких признаков стихийной магии. Чистая, грубая физическая сила без примесей огня, льда, молний или других элементов. Именно то, что нужно для безопасного и показательного боя.
Осторожно отполз назад и вернулся к притаившимся ученикам.
— Замрите здесь и не лезьте, — тихо, но решительно приказал им. — То, что сейчас произойдёт, вам пока не по зубам. Будете наблюдать и учиться, не вздумайте вмешиваться.
Я призвал стаю. Афина материализовалась рядом, Красавчик грациозно соскочил с моего плеча. Карца намеренно оставил внутри ядра. Он был новым, непредсказуемым зверем, воспитанным в совершенно чуждой мне философии боя. Использовать его сейчас, в демонстрационном бою на глазах у учеников, уж точно не стоит.
Но в тот момент, когда отдал мысленный приказ Афине и Красавчику готовиться, почувствовалась волна протеста из глубин ядра.
От Карца исходили образы нетерпения, гордости и почти оскорблённого достоинства воина, которого оставляют в стороне. Он хотел доказать свою ценность.
Вот это рвение. Что ж, своей стае я привык доверять, да и порыв этот был чересчур сильным.
Хочешь показать себя ?
В ответ пришла волна уверенности и образы огня, испепеляющего врага.
На мгновение заколебался. С одной стороны, это был риск. С другой — возможность начать внедрение нового, могущественного члена стаи. Показать ему, как мы работаем, научить нашему стилю боя.
Хорошо. Выпускаю. Но твой приказ — наблюдать. Только наблюдать. Никакой самодеятельности, пока не скомандую. Понял?
В ответ пришла волна согласия, и я позволил ему материализоваться в характерном пламенном вихре.
Все хищники были готовы к сражению.
— Похоже вы уже знаете, что делать, — обратился к питомцам, глядя каждому в глаза. — Докажите, что мы так долго практиковались не зря.
И это была ошибка.
Глава 11
Я недооценил гордыню Карца.
То, что произошло дальше, поначалу больше напоминало… столкновение двух разных философий войны. Двух инстинктов, которые наложились друг на друга с катастрофическими последствиями.
Воздух был наэлектризован тишиной.
Красавчик бесшумно скользил по высокой траве. Его цель — сухожилия задних лап медведя.
Огромная Афина уверенно и тяжело выдвинулась в центр. Она была живым щитом, наковальней, о которую должен был разбиться первый, самый яростный удар врага. Это была наша отработанная, почти инстинктивная тактика: разведчик калечит, танк держит, остальные наносят смертельный урон.