— Включай, — ляпнул я и уселся поудобнее, немного поерзав на крыше. В зону видимости сферы я даже не пытался влезть. Не хватало еще, чтобы меня заметили раньше времени.
— Намек понял. Совесть мучает?
— Я их не могу взять и бросить, — признался я.
— Можешь. И должен. Девочка хороша собой, и я бы на твоем месте даже замутил бы с ней. С одним-единственным «но».
— Говори, — попросил я, когда понял, что пауза затянулась слишком надолго.
— В нормальном городе и вне условий околовоенного времени.
— Я же попросил тебя обойтись без понятной только тебе терминологии, ага?
— Ладно-ладно, — я услышал, как Кирилл барабанит пальцами по столу. — Мое мнение неизменно. Оставить. Прямо сейчас. Найди пилота. Ты что, один не сориентируешься в городе? Третьи сутки идут, а ты до сих пор в голове у себя карту не составил?
— Знаешь ли, здесь все одинаковое. Ничего, что могло бы указать на центр, кроме примерного направления а-ля «север-юг». Так себе ориентиры.
— И потому тебе нужен вертолет. Суток на поиски тебе хватит.
— Ага, еще скажи найти тех, кто отправил этот вертолет. Прийти и сказать — а ну, давайте мне пилота! — я скинул рюкзак и достал бутылочку воды. В горле пересохло, но есть не хотелось. К счастью.
— Может произойти и такое. Но я видел, на что ты стал способен. «Эгоист» делает тебя кратно сильнее обычных людей. Понимаешь? По всем параметрам. У тебя нет в руках никаких дополнительных полимеров, но ни один спортсмен в мире не способен так долго и упорно колошматить стену — результативно причем!
— Да я еще до твоих слов в себя поверил. Давай уже конкретнее. Ты ломаешь базы, по сфере инфы нет. Что-то полезное можешь сказать мне кроме того, что я и так знаю, а?
— Могу, наверно. По тебе точно могу сообщить о стабильной работе организма. Я написал небольшой тест в реальном времени. Он собирает твои параметры и составляет их в приоритетную таблицу, согласно которой я получаю индекс твоего состояния. Норма имеет разброс от нуля до двадцати, выше двадцати начинаются отклонения, а если переваливает за сотню, то ты близок к смерти.
— И сколько сейчас?
— Три.
— Жить можно, — ухмыльнулся я.
— О, базы вскрыл.
— Ну, давай. Расскажи мне про контору, которая разрабатывала сферу.
— Ты думаешь, что я изначально ломаю сервера?
— Ну, как бы да.
— Нет, я ищу переписки, документации, людей, которые этим занимались. Вот, например, я выяснил, что Матвей Холостяков принимал непосредственное участие в разработке корпуса сферического типа с возможностью перемещения по поверхностям с неровностями индивидуального профиля и углом наклона до сорока градусов.