— Ты не безнадёжен, грешник Елисей! Поэтому я возвращаю тебя к жизни, чтобы ты искупил каждый из своих грехов! — я подошёл к нему, несмотря на риск.

Он был ослаблен и сбит с толку, но всё ещё опасен.

С предельно торжественным видом я завёл руку ему за ухо и зажал одну из самых уязвимых, но и самых труднодоступных энергетических точек в теле.

Даже несмотря на монашескую подготовку, он моментально вырубился. А затем я закинул его обратно в Пространственную Тюрьму.

И стоящие рядом аристократы выдохнули.

— О, Косатка, чем я занимаюсь, — Косаткин покачал головой и повернулся к выходу. — Пойдём уже отсюда, я хочу вернуться на свой корабль.

Мы вышли из-за «Серой Двери».

У выхода с важным видом стоял Хельг. Он с лёгкой улыбкой что-то рассказывал Анне Кальмаровой, которая внимательно слушала, накручивая локон на палец.

Но как только она увидела меня, то кинулась с объятиями.

— Брат! Ты приплыл!

Я прижал её к себе и почти сразу отпустил. — Почему не спишь? Поздно.

— Мне сон приснился, что ты вернулся! Я даже видела, где найду тебя, — она широко улыбнулась и посмотрела на дверь. — Мама как раз хотела с тобой о чём-то срочно поговорить!

— Кальмаров, у нас нет времени ждать, — произнёс Косаткин хриплым голосом и быстро натянул капюшон.

— Я догоню вас, — сказал я, кинув Хельгу сумку с «инструментами», которые нам так и не пригодились. — Аня, иди к Ирине и скажи, что я сейчас подойду.

— Угу, хорошо! — она улыбнулась мне, стрельнула глазками в Хельга и поспешила наверх.

— А ты, — я подошёл к смутившемуся Хельгу, — даже не вздумай так смотреть на мою сестру. По крайней мере, пока не попросишь её руки!

— Да я это… только поговорил!

— Я всё видел, — я двумя пальцами указал на свои глаза и потом на его. Чтобы он знал, что я слежу за ним.

Виталий усмехнулся и сказал. — Ладно, Кальмар, не жури его слишком сильно. Мы пошли на корабль, говори о чём должен и догоняй.

И троица аристократов вышла. Филарет должен был ждать за поворотом и вывести их, согласно правилам дома Кальмаровых.

А я пошёл наверх и нагнал Аню уже на лестнице.

— Во сне, говоришь? — спросил я её.

— Да, ты был как раз за «Серой» дверью. Правда, ты почему-то судил умершего, — она нахмурила тонкие брови. — А что вы там делали? И… кто пришёл с тобой и Хельгом?

Вот пронырливый паучара, уже и познакомился.

— Наши товарищи по «Тайге». Мы проводили один магический эксперимент. Давно у тебя вещие сны?

— Как ты вернулся из Америки, так и начались.

Мы зашли в гостиную, где у окна стояла Ирина и смотрела на ночное море. Как только скрипнула дверь она обернулась.