— Госпожа Амурская, уверяю вас, у него нет и не может быть никаких извращённых помыслов. Вы сами посмотрите, это же просто глаз. Ну как он может… испытывать желания подобного рода? Он просто смотрит, вот и всё.

Елена посмотрела на меня с сомнением, но задумалась. Кажется, мои слова её убедили.

Мы выпили чаю с радушными китайцами. Пусть со стороны Елены и чувствовалось напряжение, после её неаккуратных слов.

А затем к ателье прибыли гвардейцы клана Амурских, во главе с Виталием.

Правда, он был вовсе не так радушен, как обычно.

Он встретил нас суровым взглядом, когда увидел что мы вместе вышли из ателье.

— Что это значит Лена? — ледяным тоном спросил он.

— Отец, — она опустила голову. — Господин Кальмаров спас меня от взрыва. Я обязана ему жизнью.

— Ясно. Иди в машину, — он качнул головой и Елена поспешила уйти.

Гвардейцы проводили её до роскошного автомобиля, в стиле «ретро»,

А мы с Виталием остались на пустой улице без лишних ушей.

— Кальмар, ты — хороший боец. Временами незаменимый. Но я хочу сразу провести черту, которую ты не должен пересекать. Елена — внучка князя клана Амурских и дочь его наследника. Она не может быть вместе с бастардом, как бы ты этого не хотел, как бы она этого не хотела, и как бы я не был к тебе доброжелателен.

Я вопросительно поднял бровь.

Он вздохнул. Напускной суровости больше не было.

— Даже если ты станешь законным главой своего рода. Я не умаляю твоих талантов или амбиций, но предупреждаю как своего хорошего товарища: не теряй время и не смущай мою дочь. Она эмоциональна и крайне упряма. Но прочесть её легко, как открытую книгу. Она смотрит на тебя с симпатией, но не тешь её ложными надеждами.

— Виталий, зачем ты говоришь это мне?

Повисла тишина. Прерываемая лишь шумом ветра и криками чаек.

— Предупреждаю, на всякий случай — наконец ответил он. — Ради твоего же блага и покоя в моей семье. Ещё раз увижу рядом с моей дочерью — забудь о работе с «Тайгой» и собственной безопасности. Есть правила и силы, против которых не пойти, будь ты хоть самым сильным магом Владивостока.

Не дожидаясь ответа, он развернулся и последним зашёл в машину. Она уехала.

* * *

Виталий Андреевич Амурский старался не смотреть на свою дочь, храня полную внешнюю невозмутимость.

Он помнил, как она рассказывала о первой встрече с Кальмаровым. Красочно, с плохо скрываемым восторгом. Уже тогда он понял, что его маленькая тигрица влюбилась.

Окончательно и бесповоротно, как это всегда бывает с членами рода Амурских.

Именно поэтому он предупредил её, чтобы она никогда больше не говорила с Кальмаровым.