Не потому что он плохой жених. Нет.

На взгляд Виталия, Кальмаров стоил тысячи слюнтяев, которых наплодила современная аристократия России.

Смелый и находчивый воин. Верный своим товарищам и долгу, даже несмотря на то, что они были связаны лишь деньгами.

Да и характер у парня был пробивной.

Вот только одно перечёркивало все надежды на счастливый исход — происхождение.

Не потому что Виталий презирал бастардов или молился на чистоту крови.

Его всегда больше интересовали личные качества.

Но, увы, главой клана Амурских был не он.

Будь Кальмаров хотя бы последним сыном самого бедного барона на окраине мира, но законнорождённым, то Виталий бы смог пропихнуть его кандидатуру. Дал бы парню проявить себя в боях и охоте, поручил бы командование отрядом.

Да одно то, что он спас Лену от взрыва, как сообщили в жандармерии, стоило уже очень многого. Для всех, кроме самого главного человека.

Князя Андрея Амурского. Известного за непреклонный характер и лютую ненависть к любому, кто родился бастардом.

Потому, как бы не хотел Виталий Амурский видеть свою дочь счастливой рядом с достойным мужчиной и воином, он не мог допустить их брака.

Потому что тогда жизнь Кальмарова оборвётся. Не дуэльной шпагой или магией, так ядом или пулей в спину.

А Лена… она прирождённая дочь своего рода — непримиримая и готовая на всё, если ей разбить сердце. Даже на самые безумные поступки.

Так что своим притворным бессердечием, Виталий спасал сразу две жизни… да и самого себя.

Жаль, что этого всё равно никто никогда не оценит.

* * *

Будь Виталий незнакомым для меня аристократом или врагом — я бы вызвал его на дуэль.

Я понимал его мотивы. Дочь будущего князя действительно не могла быть с бастардом.

Но уже завтра это клеймо будет обесценено, по крайней мере с точки зрения имперского закона. Как мы с губернатором и договаривались.

Значит дело было не в юридическом статусе. А именно в чистоте крови.

И вот это было самым странным.

Виталий явно был не из тех людей, кто ставит кровь выше личных заслуг. Потому что иначе в «Тайге» не было бы ни одно простолюдина на офицерских постах.

Их пусть и было меньшинство, но они были. А уж про младший состав и вовсе говорить не приходилось, он почти целиком был из простых людей. И сражались они порой лучше одарённых.

Потому я не спешил с выводами.

Несмотря даже на оскорбительность данного «запрета» и желание похитить Елену, наперекор ему.

Не потому что я потерял голову от чувств. Хотя и не мог отрицать, что Елена была чертовски привлекательной девушкой.

А потому что никто не смел указывать мне, что делать, а что нет.